— Я правильно понял, что ты хочешь сделать? — почти что напрямую задал вопрос парень с гетерохромными глазами. — Откуда я знаю о чём ты подумал, — процедил блондин.

Похищение и убийство детей профессиональных героев. Шото похитили. Длительные поиски, истерики, страх. Как же закончится данная история?

Кацуки смотрел на Шото. Нет, не так. Кацуки /смотрел/ на Шото.

Сборник маленьких зарисовок на тему поцелуев (главы не связаны между собой сюжетом!) Сборник полностью завершён.

О том, к чему приводит двухмесячная стажировка на разных концах города, встреча после нее и откуда у Тодороки собака?

Потому что Шото устал бороться. Потому что Шото сейчас слишком уставший. Потому что скорее всего Шото действительно ничтожен.

Тодороки, который смотрит на потолок слишком пустым взглядом, несомненно беспокоит. Тодороки, который не реагирует достаточным образом на маячущего вокруг Бакуго, беспокоит. Это раздражает Кацуки, забирается холодными руками беспокойства под футболку и сжимается призрачными пальцами на горле. Потому что видеть опустошенного Шото равносильно пытке.

— Ты правда можешь мне довериться. Это глупо, сложно и не подчиняется никаким правилам, но я хочу тебе помочь. — Кацуки расцепил руки и расставил их в приглашающем жесте. — Я не буду стоять так долго. Тебе повезло попасть в сезон оттепели ко мне, и я великодушно предлагаю тебе помощь за бесплатно. Думай либо быстрее, либо не думай, а делай сейчас. — А ведь это было смешно, но скорее необычно, видеть его таким.. не таким.

— Справедливость восторжествовала, спектакль окончен. Извините, что лишил вас льда, но у нас есть личный его генератор, обращайтесь к нему. — Махнул в сторону стоящего поодаль Тодороки, что все ещё держал на руках кота, и казалось, будто бы он совершенно забыл, что только что произошло. Подойдя к Шото, Бакуго бесцеремонно подхватил его под локоть, — И да, я его забираю после того, как открыл вам тайну человечества. Не знаю как вы, а я буду лежать в прохладной комнате. Сдохните от жары, любимые.

Шелест листьев, звуки проезжающих машин, шорканье подошвы кроссовок об асфальт, и полное спокойствие. Никаких разговоров, никаких взглядов, обоюдное согласие на общий комфорт. Мешают только скопления людей неподалёку, но это совершенно неудивительно, час-пик на набережной и в центре города. Самые красивые места преображаются именно ночью, создают особую атмосферу, зовут к себе людей, что ищут нужные места для разговоров и отличного веселья.

— Так мы заведем сто белых котят, Кацуки? — На выходе из комнаты вспомнил Шото, по-наивному мило улыбаясь ему, проглатывая все свои счастливые слезы, так желающие вырваться наружу при виде его теплого взгляда, касания этих кроваво-алых глаз, каждого прикосновения и слова. — Обязательно, но не сто, а сто один. Ты у меня был и до этого.

— Нам никто не помешает, пока я люблю тебя. Я думаю, что ты просто ему не понравился. Котам вечно никто не нравится, ты же знаешь? — Ну да, только же ты у нас идеальный, всем и вся нравишься.

— Ты пропустил свой день рождения, — отвечает он дрожащим голосом. Его голос звучит грубо. Словно он давненько не разговаривал. Или плакал. Вполне возможно, и то, и другое.

Во время сражения один из преступников использовал квирк на Тодороки, превратив его в кота.

Драбблы, в которых у Бакуго и Шото всë начинается по разному, но заканчивается одним и тем же.

У каждого в голове свои тараканы и Кацуки не исключение, как оказалось помимо романтика он был ещё и фетишистом, или же он стал таким после встречи с Тодороки. Ему сносить голову от игр с температурой во время секса и его партнёр идеально для этого подходит.

Это лучшее и худшее в Шото: он не чувствует необходимости заполнять паузы. Это делает его одним из самых спокойных людей, с которыми можно проводить время, но это также значит, что теперь у Кацуки нет оправдания тому, что он не сказал то, ради чего пришёл. Кацуки признаётся.

Бакуго старательно игнорировал существование своего истинного, пока по-настоящему не облажался. Найти утешение в близости Тодороки оказалось довольно просто.

Шото думает, что когда-нибудь у него обязательно остановится сердце или разорвется к хренам, ведь сколько можно. Сколько можно бросаться в атаку, совершенно не думая о себе и своей жизни.

Шото ластится плотнее к Кацуки и запускает пальцы в его волосы, мягко массируя. Кацуки прикрывает глаза, кладёт лоб на его плечо и тихо вдыхает. Ему уже не так часто сняться кошмары, как раньше, а когда такое происходит, то необходимо, чтобы рядом был его половинчатый. Близость с Шото, словно спасательный круг, — всегда помогает.