Со звоном о плитку упал ошейник. Чонгук вздрогнул всем телом, будто его ударило током. Глаза расширились, дыхание перехватило. На мгновение он просто смотрел вниз, не в силах пошевелиться. А потом медленно, будто в кошмаре, поднял взгляд на мужчину. — Вот мы и встретились, трусишка.

Чонгуку давно нравится Тэхён, но когда вы — альфы в армии это не просто неприемлемо, это запрещено, и остаётся только смотреть со стороны. Пока гон не меняет все планы.

Юнги резко зажимает Минхо рот ладонью и вжимает его в доску за спиной. Юнги молча смотрит ему в глаза, сужая свои; и взгляд его страшит, но Минхо не собирается уступать. Смотрит так же убийственно и зло. Словно у них соревнование по игре в гляделки, и Минхо никогда не проигрывает, а Юнги и вовсе золотой призёр.

– Ты сам не допускаешь мысли, что может быть все хорошо, - спокойно говорит Ким. - Зачем сопротивляешься? – Зачем я сопротивляюсь? - сквозь зубы спрашивает Чонгук, и ближе подается к красивому лицу. - Потому что ты привязал меня к себе против моей воли, меткой отметил. Я этого не просил и не хотел. – Но ты захочешь, когда расслабишься и перестанешь бегать, - с легкой улыбкой говорит Тэхён. - Неужели ты не ощущаешь, как нас тянет друг к другу?

AU, где Тэхён должен сходить на родительское собрание в школу, где учится его сын. Но он совсем не ожидал того, чем оно закончится.

Ким Тэхен никогда не влюблялся всерьез. Интрижки, не долгосрочные романы, длящиеся не больше нескольких месяцев. Он не запаривается о чувствах других людей, не переживает ни о ком, кроме лучшего друга и своей семьи, пока случайно не целует на вечеринке девушку, лицо которой не может вспомнить, так как был пьян. Волей судьбы прекрасная дама оказывается не менее прекрасным, но парнем.

Чтобы собрать себя по осколкам нужно сначала залить их кровью и слезами... Чимин уверен, что в его мире нет тепла, только два личных "демона" и боль. Решетки на окнах и холод. Но, когда он сломается окончательно, его соберут те, кто и сломали. Соберут по кусочкам и покажут значение слова "счастье".

Чонгук считает, что набить татуировку "шлёпни меня" на попе – это хорошая идея. Особенно, если её будет бить Ким Тэхён, и неважно, что именно: татуировку или задницу.

Чонгуку приходит сообщение на телефон, которое он открывает без задней мысли, потому что не ожидает там увидеть задницу своего студента и подпись: «Ваш студент крайне плохо себя ведёт, профессор Чон. Накажете меня?»

— Вытряс бы, да? — Чонгук толкнулся языком в щеку, вызывающе глядя на Тэхёна. — А может, вытрахаешь, м? Как насчет того, чтобы нагнуть меня прямо на этом капоте, — качнув головой в сторону черного внедорожника, на котором Тэхён за ним приехал. — Хватит силенок оттрахать меня как следует, а? Так, чтобы я хныкал и клялся, что стану послушным мальчиком? Или любовник из тебя такой же посредственный, как и телохранитель?

О чём думал Тэхён, когда подсыпал в стакан однокурснику виагру? Вероятнее всего, он не думал, а ведь ему стоило бы хоть раз.

Чонгук приподнялся на локте, обхватил рукой щёки Чимина, сжимая их достаточно сильно, чтобы его изнеможённые глаза распахнулись. И когда их взгляды встретились, на губах Чонгука уже расплывалась улыбка, не имеющая ничего общего с нежностью. — Если ты ещё не понял, то ты, блядь, мой.

— Может быть, перестанете так пялиться и поцелуете меня? — Не дождёшься, Ким Тэхён. AU, где Тэхён встречает свою любовь и ненависть на 60-м этаже небоскрёба в Абу-Даби, куда, по воле судьбы, ему пришлось отправиться в командировку от своего дизайнерского агенства.

Пак Чимин вовсе не планировал отправлять профессору свои нюдсы. Это была случайность. Чистая случайность. И он не собирался обмениваться с ним откровенными сообщениями... это ещё одна чистая случайность.

Господи, какое сумасшествие. Двое посреди пустой трассы. Полицейский, прижатый к дверце спорткара, который готов скулить от того, как сильно он возбужден и как сильно хочет почувствовать в себе толстый и горячий член гонщика. Которого несколько минут назад преследовал с сиренами.

Что в университете, что сейчас — от присутствия Ким Тэхёна становилось дико до внутреннего зуда, до сдавленного ощущения в области живота.

В полутьме лучше всего проглядывалась фигура полностью обнаженного юноши, что сидел на коленях перед диваном и креслами, и чьи связанные ноги то и дело подрагивали, а скованные за спиной руки сжимались в кулачки. Ботинок, показавшийся на свет, потянулся к сжатым ножкам дрожащего юноши, настойчиво требуя раздвинуть их. С тихим всхлипом, парень удобно раздвинул ноги, зажмурившись, и вжал голову в плечи. Послышался удар. — Кто разрешал тебе отворачиваться, непослушная сука?

— Потом опять скажешь, что ошибся? — Не скажу, — заверил Чонгук. — Но это всё ещё просто секс, — очередная ложь легко сорвалась с языка. — И никто не должен об этом знать. Какое-то время Тэхён молчал, пытливо глядя в холодные серые воронки. Желание послать Чонгука к чёрту было огромным. Но желание поцеловать его было сильнее

AU, где Чонгук искал с кем провести ночь, чтобы расслабиться, а нашел мужчину мечты.

Чонгук хочет кричать от восхищения: член его босса перед собственным лицом — это лучший вид.