Вот уже больше месяца Чонвон находил в своём шкафчике любовные письма и подарки без адресанта. Единственной подсказкой о личности отправителя была аккуратная буква «J» в нижней части страницы. Только эти таинственные находки и поднимали настроение Чонвона, которое всегда опускалось до нулевой отметки после пересечения с Джеем.

Меньше всего Джей хотел работать над школьным проектом со своим главным соперником Ли Хисыном. Однако Чонвон, младший брат Хисына... может заставить его передумать.

Устраиваясь на работу в полицейский участок, Чонвон вовсе не ожидал, что почти каждую свою ночную смену он будет проводить в компании проблемного старшеклассника. И Ян уж точно не думал, что он привяжется к этому парню сильнее, чем стоило бы офицеру полиции.

Чонвон — бариста, работающий в новой кофейни, которая построилась в одном из жилых районов. Джей — живущий человек в том самом городке, не особо увлекающийся кофейными вкусностями, но, его словно тянет в новомодное заведение.. Быть может - это судьба?

На первый взгляд, Джея можно назвать главным плохим парнем университета: пирсинг и тянущиеся по всему телу татуировки, грубое поведение и развязная манера флирта. Но мало кто знает, что за этой жёсткостью скрывается замужний обладатель самого прекрасного омеги и отец троих сыновей и милой дочурки, что, не задумываясь, съест даже кривые солёные печенья.

— Сону. Кто этот гитарист? — шепчет он, наклонившись ближе к уху друга. — Который из них? Чонвон собирается ответить, но тут же замирает, потому что гитарист смотрит на него снова, на этот раз даже не пытаясь скрыть ухмылку, появляющуюся на его губах. Чонвон прерывает зрительный контакт и отворачивается от сцены, чтобы увидеть, что Сону глядит на него с открытым ртом. Он сразу же хватает Чонвона за рукав, притягивая ближе. — О боже, — шипит он ему в ухо. — Джей смотрит прямо на тебя.

— Ставлю десять тысяч вон, что Джей не сможет научить тебя целоваться, — Джейк кидает мятую бумажку из кармана на стол. — Конечно не сможет, — уверенно поддерживает Сонхун, доставая свою идеально ровную купюру из портмоне. — Ставлю десять тысяч вон, что он и сам не умеет.

Чонвон просыпается в больнице и узнаёт, что сегодня вторник, а ещё ему не семнадцать, а двадцать три. Ему нужно восстановить воспоминания, но единственное, что он помнит — Джей.

Чонвон искал книги по высшей математике, чтобы успешно сдать зачёт, а в придачу нашёл флешку с наклейкой «Пак Чонсон»

Чонвон — сбой в системе, слишком особенный, чтобы быть безопасным. Дефектный. Он знает, что чувства — роскошь, доверие — риск. Молчит, прячется, живёт по правилам города, где за отклонения следует настоящая чистка, но так продолжается до определённого момента. Пока один человек не становится причиной сломать всё. Пока чувства не становятся важнее собственной тайны. Опрометчиво? Может быть. Однако решение уже принято…

Джей покрутил головой, раздумывая, как бы побыстрее смыться отсюда и больше не возвращаться. Его взгляд зацепился за чёрный комочек на кресле холла. Приглядевшись, Пак заметил, что это был свернувшийся в калачик и мирно посапывающий котёнок.

Ян Чонвон приходит к пониманию трёх очень важных вещей: 1. Он потерялся. 2. Его преследуют какие-то придурки. 3. Он только что позвонил Пак Чонсону. Он не придаёт последнему пункту большого значения, пока всё-таки не осознаёт, что позвонил Пак Чонсону, а не Ким Сону, как и планировал; Пак Чонсону, парню, в которого он влюблён. (или: Чонвон — идиот, отчаянно нуждающийся в помощи. Чонсон спасает положение.)

— Отличное начало Рождества, — хрипло прошептал он. — Машина за городом, снег метёт, а я едва держусь на ногах. Ещё и ты… — Ну что ты, Чонвон… — Джей слегка наклонился к нему, незаметно и осторожно, — не мучай себя. Просто можешь выйти из машины и идти пешком. Километров двадцать, а с учётом снегопада и твоей маленькой комплектации — тридцать.

Чонвон наконец-то просит Джея перейти на новый уровень.

Гонки объединяют в себе три вещи на букву "С": скорость, страсть и секс.

Если бы Джею час назад сказали, что он будет встречать Новый год с парнишкой, которого сам же сбил на машине, то он покрутил бы пальцем у своего виска. Несколько лет подряд Пак проводил этот праздник в полном одиночестве, а тут на тебе – прямо под колёса бросился парень, которому, как оказалось, точно так же не с кем скрасить новогоднюю ночь.

У Чонвона, должно быть, легкое помутнение рассудка на фоне повышенного уровня безграничной нежности к Чонсону в организме, потому что словно в бреду гладит пальцами колено поверх бинта — аккуратно, почти невесомо, чтобы не сделать случайно больно, но со всей, что есть, нежностью — и в том же бреду вдруг опускается вниз и воздушно целует перебинтованную ногу.