Каччан не так идеален, и в первый раз у него не получается.

Катсуки дергается, когда Деку резко откладывает блокнот в сторону и стягивает капюшон, вставая со своего места: — Если сейчас ты облажаешься, Каччан, я позвоню Мицуки-сан и скажу что ее сын гей! — Он кричит это через весь стадион, обращаясь прямо к нему. Своеобразная забота, да? Бакуго уже почти готов крикнуть ответ, когда тот добавляет тише — И ты не получишь свой кофе. — Бакуго захлебывается от возмущения. [au!где изуку так и не получил причуду]

Когда ты находишь душу, которая идеально подходит твоей, то любые отметины, появляющиеся на их коже, появятся и на твоей тоже. Все знают это. Мидория знает это… но, почему-то, он никогда не представлял, что это произойдет с ним. Бакуго тоже это знает… но у него нет времени на такие тупые вещи. И, хотя они оба знают, что Судьба никогда не ошибается… должны же быть исключения. В конце концов, эта связь не может быть ничем, кроме ошибки. Верно?

...в котором Деку без ума от рук Бакуго, а Бакуго без ума от приятных слов.

– Грипп, – Исцеляющая Девочка объявляет окончательный вердикт, игнорируя недовольные стоны, – с ним ничего нельзя сделать: постельный режим, и через некоторое время динамика должна улучшиться.

Я смотрю на тебя, ты глядишь на меня. Искра. Буря! Две полоски?! Что? Когда? Почему? Нет! На эти вопросы я совершенно точно знаю ответ. Что волнует меня больше всего, это то как отреагирует на эту новость Каччан... Как отреагирует?! Да он просто убьёт меня!

Правая ладонь. — Я, – угрюмо читает альфа. Он действительно не понимает что и для чего устроил это Изуку, но продолжает свои хлопки. Левая ладонь. — Люблю, – ноги Мидории дрожат, такое он делает впервые. И последний шлепок – пятая точка, омега немного присаживается, чтобы Кацуки было видно. — Тебя, – это слово написано на месте, где расположена метка, альфа утробно рычит, позволяя себе лишь поцеловать этот сокровенный участок кожи, который будет доступен ему лишь через два месяца.

Они давно не виделись, жизнь превратилась в рутину, и Изуку не ожидал, что всё изменится после одного вечера в баре. Слишком много саке, одно неловкое слово, и теперь у него есть пять минут, чтобы добежать до кинотеатра. Только вот… зачем Бакуго вообще пришёл?

У Бакуго Катсуки очень сильный краш, весь класс стебет его, а Деку, как всегда, ничего не понимает.

Неужели, чтобы понять, что любишь, нужно начать кашлять кровью и рвать цветами?

Постканон. Чтобы соблазнить Бакуго Катсуки, нужен невероятно продуманный и надёжный план. Или нет.

У Мидории начинается гнездовое безумие, и он втягивает половину класса в своё гнездо, потому что считает их всех своей стаей. — Смиритесь, — советует Бакуго как опытный человек. — Поверьте, я тоже не хотел застревать с вами в гнезде Деку. Очако очень верит ему.

— За что тебя наказали? — Всего-то избил пару учеников, ну а тебя? — Украл булочку в столовой...

В течение многих лет Катсуки Бакуго был хулиганом Изуку Мидории, и почти все это знали. За исключением того, что на самом деле это было совсем не так. С помощью секретного языка они смогли обмануть мир, заставив его думать, что на самом деле они не лучшие друзья. Поэтому, когда в середине первого года обучения в UA им дали задание, требующее секретного общения, они знали, что им гарантирована пятерка.

Однажды Бакуго просыпается в прошлом. Ему снова тринадцать лет. Пока тот цепляется за любую возможность исправить отношения с Изуку в прошлом, что еще не ступил на путь антагонизма, некто оставляет ему странные письма-подсказки. И вот он снова наступает на те же грабли. Но в чём же подвох?

1986 год. Чернобыль. Изуку Мидория — главнокомандующий разведки и спасательной операции после катастрофы на АЭС. Он — лучший снайпер страны, хладнокровный лидер, но в глубине — человек, способный на нежность и тепло. В лагерь выживших привозят Кацки Бакуго — грубого, дерзкого, упрямого бывшего спецназовца, ставшего проблемой для всех… кроме Изуку. На фоне постапокалипсиса, боли, выживания и надежды разворачивается медленно растущая история доверия, уважения, привязанности и — любви.

Один день, один единственный день и всё меняется. Как понять любишь ты человека или просто им дорожишь; воля ли это судьбы и инстинктов или же твои собственной чувства? Почему проще всего ненавидеть того, кто дорог, чем принять его? Изуку и Кацуки еще совсем дети, но жизнь преподносит им сюрпризы, с которыми не в силах справиться даже взрослые. Может им будет легче преодолеть это, если они есть у друг друга?

— Нам правда очень жаль, — говорит его отец со слезами на глазах. — Но твоего друга, Изуку, его… его больше нет, сынок. Кацуки смотрит на них в течение мгновений, которые кажутся вечностью. Его глаза мечутся между обоими родителями в явном замешательстве, недоверии и, прежде всего, негодовании. — О чём, нахер, вы двое говорите? Этот проклятый задрот стоит прямо рядом с вами! Во время битвы Мидорию поражает причуда злодея, которая отделяет душу от тела. И только Каччан видит его.

Когда во имя союза двух королевств принц Изуку соглашается на помолвку с грозным герцогом Кацуки, он ожидает обречённости и холодного расчёта. Ведь его жених — воин, безжалостный на поле битвы, человек, чьё имя произносится с трепетом и страхом. Но когда их взгляды впервые встречаются в зале торжеств, мир вокруг меркнет. Сможет ли нежный принц растопить сердце закалённого в битвах герцога? Ведь их сердца стучат в унисон, даже если разум приказывает иначе.