Уилл упал на колени, мутная пелена перед глазами спала, под носом запекло, а голова закружилась. Почему-то в кончиках пальцев ощущалось щекочущее покалывание, как будто по крови пустили низкий ток. Металлический грохот разорвал вязкую тишину улицы, и Уилл поднял взгляд на звук. Прямо перед ним на потрескавшемся асфальте оказался… Майк? | Или адаптация треда bravebyers, где паладин Майкл попадает в каноничный мир осд и триггерит тем самым Майка и его внутренний кризис чувств. Пост-s5ep4.

Векна пришел за Уиллом, чтобы показать с чего всё началось...

— Мы можем поговорить? — Спрашивает Майк. — Вообще-то, я не думаю, что нам есть о чем разговаривать, — Уиллу нужно прекратить это, и немедленно. Он встает и начинает бездумно рыться в одной из своих коробок, надеясь, что Майк уловит слишком очевидный намек, на то, что Уилл предпочел бы делать что угодно, но не разговаривать с ним. — Ладно, — Майк медленно проходит в комнату Уилла. О, господи, нет. — Тогда я перефразирую. Нам нужно поговорить, Уилл.

Я подумала, что стоит начать вести личный дневник, просто чтоб лучше справиться с тем что я испытываю на постоянной основе… не знаю, сохранить это и записывать то, что я думаю. Я молчу уже много лет, много лет скрываюсь, шифруюсь. И я просто не выдерживаю без места, где хотя-бы пустота сможет стать моим слушателем, ведь я боюсь произнести всё далее описанное вслух. Но наверное, стоит восстановить хронологию событий, я правда хочу разобрать это всё уже на бумаге. Начнём с самого начала, да?

Уилл оказывается под действием сыворотки правды.

С момента, как Изнанка была взорвана, и мост между мирами был безвозвратно уничтожен, прошло больше двух с половиной лет. Все было кончено. Но Уилл иногда замечал странные вещи: как тихо открывалась дверь, как внезапно начинала мерцать настольная лампа и что-то двигалось внутри стен. Уилл знал: рано или поздно, Векна вернётся за ним. Больше никто ничего не замечал. Или: Уилл и Майк перестали общаться после школы, но один звонок Уилла посреди ночи заставляет их снова открыться друг другу.

Письма Уилла не предназначены для чужих глаз. Тем более для глаз Майка. Когда часть правды вскрывается, Майк выбирает самую изматывающую тактику — всегда быть рядом и делать вид, что ничего не происходит. Уилл отчаянно ищет выход. И однажды реальность откликается на его желание исчезнуть.

Одно неверное решение — и ты на грани. Майк и Уилл оказываются запертыми в Изнанке. Вдвоём. Без еды, без надежды. Есть только жажда, холод и невысказанные чувства, которые больше негде спрятать.

Мюррей говорит детям только то, что, как он считает, они смогут выдержать. (читайте полное описание в примечаниях)

Но из деревьев вышел не монстр. Это был человек. Мальчик. Майк замер. Затем его заметили, и мальчик остановился как вкопанный. Ловким движением он быстро скинул винтовку с плеча и наставил её на грудь Майка. Или: Вылазка пошла не по плану, и Майк застрял в Изнанке. Раненый и одинокий, Майк натыкается на того, кого все считали мёртвым. АУ, где Уилла Байерса так и не нашли

Иногда всё, о чем он может думать, — это как он себя убьет. — Уилл! Уилл, давай же... давай, очнись... Легкие содрогаются на вдохе; руки сжимают его лицо, плечи, мечутся повсюду, где могут ухватиться. — Вот так... вот так, давай, возвращайся ко мне... Голова идет кругом, он как в тумане — так бывает всегда. Его прижимают к груди, к сердцебиению, которое он готов был бы запоминать вечность, и он пытается понять, где находится.

С Уиллом что-то не так. Всё началось три недели назад — почти четыре. Уилл проснулся после какого-то кошмара и вместо того, чтобы, как обычно, потянуться к Майку за теплом и утешением, вытащил из шкафа спальник и лёг на пол. Никто не верит Майку кроме Джойс. Но даже она не осознаёт всего масштаба того, что происходит с Уиллом. А Майк понимает. Майк всё подмечал.

Майк открывает дверь, и всё вдруг оказывается не идеальным. Ни капли. Совсем. Потому что Уилл — хороший, красивый, милый, идеальный Уилл – сидит на диване, который не так уж хорош, или красив, или мил, или идеален, но это нормально, ведь это диван, а диваны не обязательно должны быть такими. Но рядом с ним сидит, улыбаясь и смеясь, обнимая Уилла за плечи, словно у него есть какое-то право там находиться, парень, которого Майк никогда в жизни не видел. Есть только один логический вывод.

Он на самом деле не должен был ничего спрашивать у Робин. Тогда бы прикосновения остались всего лишь прикосновениями, а взгляды — взглядами. Тогда бы в голове Уилла не зародилось сомнение. Мысль, что во всем этом было вложено что-то большее, чем просто… привычка. Да, так было бы лучше. Для всех.