Оставался только Сталинград, который одним взглядом своих кирпичных глаз был способен окаменевшее сердце Вильгельма вздрогнуть и покрыться очередным слоем бетона в попытке защититься от потенциальной опасности.

Обычно у человека один день рождения. Да и у городов тоже. Вот только этому городу было суждено родиться дважды.

Он не хочет этого. Ему больно от всего того, что происходит в этой жизни. Надоело трястись, от каждого Гришиного приезда в свою квартиру. Надоело каждый раз ждать очередного гневного выпада. Он, в конце концов, тоже не до конца от войны оправился. Но кому Вильгельм нужен? В чужой стране, с чужой культурой, чужим языком и чужими людьми? Только ему. Гриша привязал Вильгельма к себе, и он прекрасно знает, что Вильгельм любит, а значит, никуда не денется. Идеальная цепь.

Вильгельм знал, что он свободен и его больше не задержат. Можно уходить, ехать домой, но он почему-то задерживается, ища глазами Сталинград в толпе городов. Что-то в нём было, цепляющее и разжигающее интерес. Калининград ведь не трус, он ведь не будет переживать из-за этих алый, прожигающих тело, глаз.

В феврале 1953 было взорвано сердце Калининграда - Кёнигсбергский замок. Части некогда огромного замка с грохотом рухнули на землю, а вместе с ним и исчезло все, чем был сам Вильгельм.

Холодная зима 42 запомнилась Волжскому встречей с Ним.

Честно, он думал, что Рождество сорок пятого года будет последним в его жизни. Но вот он тут встречает Новый Год две тысячи двадцать третьего года с любимым человеком (городом) под боком.

Вильгельмина собрала всю смелость, что растеряла с родами. Выступила вперёд и прилюдно влепила Берхарду хлёсткую пощёчину, презрительно плюя на землю со словами: - Муж и сын у меня русские, значит и я русская, считай, на родину вернулась! AU: Вильгельмина влюбилась в немного застенчивый, но добропорядочный город на Волге и пошла против предначертанной ей истории.

Как вжиться в новый коллектив? Как подружиться с людьми , которых считал врагами? Как полюбить того кого боится мир? Бесплатные уроки от Вильгельма Твингсте

Он не помнит сколько дней прошло, перестал считать ещё когда ему сказали про расстрел. Его расстрел. В тот момент и замер внутренний мир Вильгельма. Шестерёнки больше не крутятся. И было бы наплевать на казнь - он заслужил, но чёртов русский идиот решил влюбиться в немца.

Слово "приступ" имеет несколько значений. В военном деле – взятие города или крепости, в медицине – обострение болезни.

Им обоим нравятся поглощающие ощущения воды, которая обволакивает их и стирает какие-либо границы их касаний. Ещё больше им нравится — чувствовать кожу к коже.

—Это остальным закрыто, а я Московского три часа уговаривал закрыть эту площадку на этот день.—усмехается Вильгельм и достаёт из кармана длинный ключ.—Так что не переживай, людей здесь не будет... Ровно как и половины моего бюджета после моей просьбы...

я люблю тушить об тебя сигареты.

Григорий никого не трогал, починял примус, кипятил чайник и накладывал варенье в мисочку, когда услышал громкий немецкий мат. Он поперхнулся – за всё время их общения Виль ни разу не пользовался немецким – и тихо вышел в коридор. Дверь в гостиную была приоткрыта.

Григорий обернулся. Твангсте стоял за его спиной и улыбался. "Противошумные наушники, – прочёл Волжский по губам. – Поздравляю с Победой". Вильгельм протянул ему ладонь, и Волгоград скрепил рукопожатие.

Твангсте замолкает. Поднимает обеспокоенный взгляд, сталкиваясь со спокойным взором тёплых, необычно красных, почти бордовых глаз, в которых, кажется, совсем нет места переживаниям. —Всё будет хорошо, Виль...

-Перестань, ахаха, пожалуйста, аах- Вильгельм пытается отбится от Гриши, который его щекочет.

Один Вильгельм и один кот.

Гриша хочет отдохнуть после месяца бесперерывной работы, Вильгельм хочет быть поближе к любимому, а Мише жизненно необходимо достать кого-нибудь. И все это в одно утро