Ища подарок для своего любимого Нефрита, Цзян Чен натыкается на подлость судьбы и ревность главы Лань

Что бывает, когда Лань Ванцзи ревнует? Вэй Ин только его, и он всегда должен об этом помнить.

Вэй Ванцзи, как и предписывают правила, отправляется вместе с братом в Облачные Глубины на обучение для молодых адептов, и все вроде бы ничего не предвещает беды, но... Но вот брат валяется вместе с другими адептами без сознания, нежить продолжает наступать, и Лань Усянь вдруг перекатывает в пальцах флейту и атакует мертвецов с помощью Инь. Не кто-нибудь, а сам Второй Нефрит. Вэй Чжаню кажется, что он сходит с ума. || Или история, где им двоим не повезло родиться в чужом клане.

«Надеюсь, впредь вы будете вставать вовремя», - раздается суровое напутствие куратора из трубки, и Вэй Усянь, уже пропустивший даже на гребанном дистанте кучу пар, отхвативший немеренное количество долгов и «амебного» состояния из-за чужого будоражащего голоса, выпаливает стремительное: «А если не встану»? И на справедливое негодование преподавателя отвечает еще более двусмысленное: «Тогда могу я попросить о помощи вас, профессор Лань? Может, придете и разбудите меня завтра?».

Еще Вэй Ин, к сожалению, слишком хорошо знает, как много у него недостатков и в чем они заключаются. Слишком хорошо. По временем Вэй Усянь… Действительно слишком много болтает, не так ли? Кажется, ему нужно научиться хоть немного сдерживаться, чтобы перестать, наконец-то, доводить окружающих. Чтобы перестать ненавидеть себя за каждое лишнее слово, за каждое замечание, обращенное к нему. Вот только (не)продуманный план заводит Вэй Ина куда-то не совсем туда, куда нужно было...

Понимание достигается общением, общими увлечениями и делами, взаимными интересами, в конце концов. Но никак не ситуацией, когда безобидная шутка Вэй У Сяня и аккуратная на вид курильница заставляют Лань Чжаня проснуться в теле... Воспитанника ордена Юньмен Цзян.

Вэй Ин готов сначала заплакать, потому что день - отврат, настроение - ноль, а его чувства к такому всему идеальному Лань Чжаню все еще никуда не делись. А потом ему хочется обнять весь этот мир, расцеловать каждую собаку на улице, потому что одноклассник не просто пришел на Новый год, а еще и пошел с ним прогуляться, не убив через десять секунд после первого шага.|AU, где Вэй Ин влюблен в Лань Чжаня. А жизнь в насмешку сделала их соулмейтами.|

Вэй Ин - лучший ученик их "точной" половины школы, математика ему вторая мать, физика ему жена. Лань Чжань сам будто пришел из сказок, из мифов, а потому его рук никогда не покидают книги, словари и гуцинь. Две противоположности, которые друг друга на дух не переваривают, и загадочное общение которых начинается после фраз: "Ты в курсе, что надо хоть иногда просматривать свои тексты на наличие ошибок?", и ответа: "Ты в курсе, что если хочешь стать моей бетой, для начала нужно поздороваться?)".

Шестнадцать лет прошло, великие боги, - целая жизнь. На что он надеялся? Лань Ванцзи и сам не смог бы ответить на этот вопрос. Иногда ему казалось, что он попал в бесконечный круг одинаковых до отвращения дней, из которого уже не выбраться. Что ж, он заслужил этот персональный ад. Заслужил своей трусостью. Заслужил неспособностью спасти, уговорить, уберечь. Заслужил тем, что… не успел.

После смерти Вэй Усяня Лань Ванцзи начинает молиться всевозможным богам. Одним из них оказывается Хуа Чэн.

>— Он тебя… соблазнил?.. >— Нет, дядя, — голос Лань Ванцзи был как всегда невозмутим, но отчего-то звучал остро, как лезвие ножа. — Я хочу повязать на него свою ленту. Я уже это сделал. Он ни в чём не виноват. На самом деле, это я его… >Вэй Усянь подскочил на месте, как ужаленный, ещё на словах «я уже это сделал», кулем скатился с крыши и ввалился в библиотеку через окно, вопя дурным голосом, чтобы заглушить чужие слова.

Трудно найти растение, которое бы так чаровало своей необычайностью, изысканностью и совершенством, как орхидея. Но обращая внимание лишь на красоту, можно забыть про её нежный аромат, что приятен для друзей, крайне ядовит для врагов и пьяняще сладок для возлюбленных.