Иккинг приручал все больше драконов. Они дарили ему свое тепло, учили его новым вещам. Делали из него дракона. Что бы когда он остался, ему не было страшно.

Иккинг не любил традиции своего народа, не любил многих своих соплеменников, которые относились к нему с презрением, но он любил этот остров. Он любил этот лес, и этот овраг, и закаты… Но если он хочет стать свободным, то должен уйти. Навсегда покинуть это место, забыть о нем… - Это ради нас с тобой, да, брат? – спросил Иккинг у Беззубика и, вздохнув, застегнул сумку. – Улетим отсюда ночью. Надеюсь, нам не придется лететь слишком долго.

О-лух. Так называлась деревня, в которую мы летели сегодня, насколько я мог верить Змеевику, с которой мы летели рядом. Она рассказала мне, что на Олухе ее сестра, и что викинги не убили ее, используя для тренировок своего потомства. Это казалось мне отвратительным, а название деревни вызывало головную боль. О-лух. И что это вообще значит? [АУ, в котором Иккинга вырастили Ночные Фурии]

Знаете остров Олух? А его вождя Стоика? Но мало кто знает, что у вождя есть сын. Маленький, слабый и вообще никому не нужный мальчик...

Беззубик изнутри разъедался тоской и сомненьем, и от одинокого уныния не спасала в груди тлеющая искра. Беззубик смотрел на песок, на котором маленькими камешками выложен его второй удачный рисунок, и хотел спалить не только камни, но и песок, и сухую корягу, оставив границу около высокого дерева. Потому что за деревом сидел когда-то Иккинг, и потому что первый рисунок намного лучше.

- Ты явно не воин. – говорили викинги, когда он не смог поднять булаву. - Ты не викинг. – шипела Астрид, когда он внезапно начал делать успехи на арене. - Ты мне не сын. – бросил Стоик, узнав о Беззубике. Он никогда не оправдывал ничьих ожиданий и продолжал быть собой. Просто Иккингом. Но неужели быть собой так плохо?

Остался он не только из-за того, что Икинг освободил его от пут. Была также другая причина, которую, похоже, замечал только он, и которую он взялся исправить, потому что ни один детеныш не должен когда-либо чувствовать себя одиноким.

http://cs319123.vk.me/v319123067/8e4b/tHImqFe9fuQ.jpg Иккинг пытается привыкнуть к новому "другу", просиживая рядом с ним в ущелье дни напролет. И вот однажды начинается дождь... Впихнул это куда-то в промежуток между моментом, где Иккинг впервые взлетает на Беззубике и моментом, где их палит Астрид.

Иккинг пытается понять одну из странных привычек Беззубика.

Он был сыном викинга, но все же намного больше он был драконом.

Его чешуя уже давно потеряла блеск, украшенная подпалинами и царапинами, а местами и вовсе отсутствовала. Но, несмотря на слепоту и слабый вид, дракон приходил сюда каждый день – на место, где теперь спит его брат.

В каждой семье есть свои... странные личности. Просто так вышло, что "странным" членом ее семьи стал человек, которого усыновил ее отец. Ну... могло быть и хуже, не правда ли? Сиквел к "Одинокому Детенышу".

Я всегда не был похож на остальных, но раньше это было заметно не так сильно, как сейчас.

Жители Олуха никогда не видели ничего обыкновеннее дракона, летящего в небе... И ничего удивительнее человека, который пытался за ним повторять.

Всадники внезапно задумываются о том, какими бы они были без Иккинга.

Всем известно, что у Асфрида тёщи не будет. Ведь мать его невесты давным-давно умерла.