Кончики пальцев Наньчжу на шее подозрительно пульсируют. Или тоже дрожат. И шея у Цюши чувствительная. Уязвимая. Он вообще весь уязвимый рядом с ним. Особенно когда Наньчжу его трогает. Особенно вот так. Тихо и в полубреду.

Подумаешь, пришлось согласиться на условия задверной твари. Подумаешь, эта тварь попросила о немыслимом. Подумаешь, он, Линь Цюши, согласился отдать этой твари свою девственность…

Он запрограммирован быть вежливым, сообразительным, то, что он знает о сексе, заставило бы покраснеть даже Ли Дунъюаня, но он никогда не чувствовал себя настолько захваченным собственным желанием.

Линь Цюши учился в выпускном классе старшей школы, когда красивый парень годом младше пригласил его на свидание.

У Линь Цюши никогда не было метки с именем соулмейта, но была Дверь. Маленькая и изящная, она красовалась на его запястье с самого рождения и никуда исчезать не собиралась.

Линь Цюши искренне считает, что заходит в очередную дверь без Жуань Наньчжу, с которым накануне поссорился. Тем временем, Жуань Наньчжу — всё ещё Жуань Наньчжу, так что прохождение Двери не может обойтись без хорошего спектакля.

Жуань Наньчжу мог заявлять сколько угодно, что он очень даже уверен в себе и в своем партнере, однако кому как ни Линь Цюши было знать, что этот красивый мужчина умудрялся ревновать даже к самому себе!

Игривое подшучивание между Линь Цюши и Жуань Наньчжу перерастает в нежный поцелуй, знаменуя начало чего-то более серьезного между ними.

Войдя в очередную дверь, Линь Цюши теряет память.

Кольцо — скромная вещь. Круглое, золотое. Надето на темный шнур. Жуань Байцзе, кем бы он ни был под этим нелепым именем, протягивает его ему так, что металл болтается, шнур натянут. «Возьми», — говорит он тихим и интимным голосом, и на мгновение Линь Цюши забывает, что в нескольких шагах от него двое людей, и погружается в фантазию, где они вдвоем перед слабо потрескивающим огнем. Что-то в Жуань Байцзе притягательное, как искра тепла в снежной буре.

Линь Цюши и не представлял что такое может случиться. Он даже не думал что Жуань Наньчжу настолько собственник, что решил показать ему звёзды и оставить множество укусов и засосов по телу.

Убежденный материалист.

— Цюши, а ты никогда не боялся, что так и умрëшь за дверью девственником?