— Если бы ты один не был полезнее половины всех моих работников вместе взятых, я бы пристрелил тебя на месте, — думает, исправляется. — Или отправил в командировку в Японию, поучиться вежливости. — Так хочешь, чтобы я посылал всех их туда же, но на японском?

У Нила разбито сердце, Ичиро просто любопытно. Или не совсем?

Один взгляд. Одна улыбка. И всё внутри стало преступлением. Натаниэль знал: за любые чувства придётся расплачиваться. Даже если они — не его.

Брак по договорённости – обычная практика среди мафиозных семей. Натаниэль Абрам Хэтфорд (Веснински) не стал исключением: без права голоса, без шанса на отказ. Он даже не знал, кто станет его будущим супругом – да и какое это имеет значение, если его везут в резиденцию самой семьи Морияма...

Это было странной игрой, неоткуда взявшейся лояльность к его дерзости, прикрытой уважением и почтением, терпение. Он не знал чем заслужил такое внимание со стороны лорда, но ему было интересно как далеко он сможет дойти, куда ему позволено надавить и как скоро сорвется этот терпеливый мужчина.

Его жестокий нрав пронзает насквозь. Он не видит пощады, не знает прощения, не ощущает жалости. И только лишь с ним Натаниэль Веснински мог ощущать настоящую ненависть, вперемешку с навязчивой уязвимостью.

"Ты станешь моим телохранителем". Он поклялся оберегать. Поклялся, что только от его руки сможет постигнуть смерть и отдать свой долг. Перемены могут быть болезненными, но нет ничего хуже застрять там, где тебе не место.

Не так давно Натаниэль решил, что этот новый год будет праздновать исключительно с бутылкой шампанского и пачкой чипсов, однако череда неожиданных встреч наталкивает на мысль, что в этом году планы кардинально поменяются.

Непростая и трудная жизнь ходила за ними по пятам, однако это не мешало им справляться с ней вместе. //сборник драбблов по Ичинатам.

Он готов был каждую минуту потратить на времяпровождения с ним, а ведь только год назад, он был готов убить этого человека, только от его взгляда. Если вспомнить, как всё начиналось…

— Что это? — произносит Ичиро холодным, леденящим душу тоном, отчего моментально становится не по себе, — Кто это сделал с тобой, Натаниэль?

Они знали, что будет дальше. Изогнутый нож в руке Ичиро блеснул в холодном свете кухонных ламп. В его глазах было столько горечи, что Натаниэль чувствовал ее вкус на языке. Все, что будет дальше, — наказание за предательство и за доверчивость. В момент, когда разбивается чашка, ничего нельзя изменить. Но можно найти в себе силы создать новую из осколков.

Натаниэль с юности служит Ичиро — безупречно, беспрекословно, без права на чувство. Он — тень на его шаге, клинок за его спиной. Но в мире, где заговоры растут быстрее, чем урожай, даже преданность становится оружием. Когда Империя рушится под гнётом измены, Ичиро и Натаниэлю предстоит сделать выбор: власть или друг друга. Потому что быть рядом — не значит быть близко. А любовь без разрешения — опаснее войны.

Натаниэль не возвращайся с задания. Ичиро понимает, что для него значит его правая рука.

Феникс хмыкнул и сорвал маску, обнажая лицо, которое Ичиро, разумеется, узнал. Мало кто в их кругах не знал Натаниэля Веснински — малолетнего преступника, который убил своего отца в четырнадцать лет. Его история в свое время прогремела на всю криминальную сцену. С тех пор Натаниэль самостоятельно варился в их сложной системе и, стоит заметить, неплохо справлялся. Если Ичиро не изменяла память, с того скандала прошло около пяти лет. И вот, наконец, они с Натаниэлем встретились лицом к лицу.

Натаниэль облачается в костюм палача, преклоняя колени перед единственным достойным человеком. И пусть весь мир сгорит в огне. [мафиозноеAU, где Натаниэль - правая рука Ичиро]

Они были совершенно разные во всём, но это неимоверно сильно притягивало их друг другу, словно противоположные полюса магнитов, которые из раза в раз сцеплялись так сильно, что невозможно было отсоединить. Они были как умертвляющий лёд и обжигающее пламя.

– Но если ты снова попробуешь меня убить, я уже не буду так снисходителен. – Больше не трахнешь? – Обязательно трахну. Только потом задушу во сне.

Натаниэль понял, что что-то не так, ещё до того, как увидел Ичиро. Дом был слишком тихим. Не той привычной, выверенной тишиной, в которой каждый шаг, каждый вдох, каждый взгляд имели значение. Нет. Эта тишина была другой — вязкой, давящей, словно стены впитали в себя что-то плохое и теперь не знали, как это отдать обратно. Он остановился в коридоре, прислушиваясь. Ничего. Ни голосов, ни шагов, ни коротких приказов. Даже воздух казался неподвижным.

Ичиро предлагают игру, и всё бы ничего, но на кону Натаниэль...