В один момент две омеги сошлись на том, что хотят не только дружить, но и хорошо проводить время вместе в сексуальном плане.

Разум Феликса всё же был намного менее ясным, но инстинктам они поддавались оба, ибо никто из них не мог первым оторваться от поцелуя – смазанного и неглубокого, но такого искреннего, что живот сводило от приятных ощущений.

— Этот омега охуенный! — Чанбин взгляд не может отвести от сцены, где на шесте закручивает «флажок» танцор. — Согласен, бро, — отбивает кулачок Чан. — Но у него такие церберы, не объедешь, загрызут. — Это точно, — вздыхает Джисон. 3Racha уже закончили выступление в этом клубе, но уйти и не посмотреть на Феликса? Ни за что!

Ёнбоку тридцать девять, и он потратил молодость на карьеру. Теперь у него есть всё, кроме желанного ребёнка. Кажется, он так боялся приехать на вокзал под названием «семья» раньше положенного, что по итогу опоздал на последний поезд. Джисону семнадцать и он на него успел.

— Но я никогда не говорил, что у меня были отношения с альфами и что они мне в принципе нравятся, с чего ты это взял? — Феликса этот вопрос, по всей видимости, взаправду вогнал в ступор, ибо над ответом ему пришлось подумать некоторое время. При этом всём у него получалось смотреть на Джисона таким тёплым и мягким взглядом, что тому почти плакать хотелось из-за произошедшего. Снова.

Джисон сделает все, чтобы его Бокки было хорошо.

Это всегда было привилегией альф — грубый животный секс, после которого трясутся ноги и отказывает поясница, а тело усыпано синяками и укусами. Хван выбрал Феликса не для этого, очевидно, он больше всего хотел ласки, нежности и тягучего, как мягкая карамель, удовольствия, которое омеге может дать только омега.

— Тебе пора прекращать делать вид, что ты по омегам, — Минхо пожимает плечами и делает глоток коктейля. — Да нравятся они мне! — возражает довольно громко, что пара соседних столиков оборачивается к ним. — Да что ты? Именно поэтому, когда пьяный, ты рассказываешь о том, как мечтаешь объездить чей-то член? — Окей, сейчас я бахну ещё пару стопочек, а потом мы едем в клуб и я высматриваю там кого-то симпатичного, — вздыхает Хёнджин и откидывается на спинку дивана.

В ночном клубе, где омеги знакомятся с омегами, а альфы с альфами, Хенджин встречает розовое нечто. Большая шуба, лицо в веснушках, сексуальные влажные губы и простое «Я люблю альф». Если честно, как-то не верится.

— Ты меня щас занюхаешь. — А ты чего так вкусно, но мало пахнешь? — омега отлепился от шеи и посмотрел Феликсу в глаза. Тот ехидно улыбался и явно готовился выдать какую-то пошлую мерзость, на которые был горазд. — Можешь понюхать немного в другом месте, там пахнет посильнее, — оправдал ожидания тот.

Однажды Сынмин просыпается в чужом теле. Самое ужасное, что это тело альфы. Не просто альфы, а Чанбина, в которого он тайно влюблён, но не хочет признаваться в этом даже самому себе.

— Я... О, Господь. Я не могу поставить тебе метку. — Почему? — Анатомия, котёнок. AU, в которой подавители Феликса перестают работать, а Минхо строит для него гнездо.

Крис растянул губ в счастливой улыбке. Ему повезло. С тем фактом, что у него семь омег. Которые прямо сейчас жаждут его снова поднимающийся член внутри себя, и не важно, собственно, где – в заднице или глотке, лишь бы быть наполненым его семенем.

Минхо еще раз прокручивал свои действия за последние несколько лет. Год назад он пообещал себе, что будет плыть по течению и наслаждаться тем, что у него есть. Пытаясь подойти ко всему, что произошло в его жизни философски – значит все должно было быть так и никак иначе. Ему надоело бороться и жить одной мечтой. Но когда появилась эта маленькая надежда, он сразу попытался схватить ее за хвост. Надежду дарил парень с круглыми щеками и ароматом зеленого чая.

Когда Чан послал Минхо сигнал «SOS», тот уже готовился отбиваться от головорезов в наркопритоне, но никак не ожидал попасть на оргию.