Начало было за хриплым кашлем, сотрясавшим грудь Винса. Он, конечно же, не придал этому значения, списав всё на привычку выкуривать по пачке в день. Последовавшие за кашлем боли также легко было отмести; тело и так вечно болело, ничего нового. Наверное, он просто перетрудился. Но потом начался насморк. Все началось с щекотки, с раздражающего покалывания. А потом нос потек. И тек. И тек.

Винсент зовет Роди на вечеринку, но вместо обслуживания гостей, просит его попробовать новое блюдо. Наливает вино и молча наблюдает, будто чего-то выжидая. А Роди, глупый, на все ведется.

Роди узнает, что у Винса день рождения, и решает устроить ему потрясную вечеринку!

Из-за осенней погоды у Роди разболелась голова, что не осталось без внимания его начальника.

Роди не убил Винсента. Вместо этого, он связал его, оставил на холодном полу на кухне и ушëл домой. На следующий день он вернулся на работу. Спустя день Роди забрал Винсента к себе домой.

Переписанная третья концовка. Они целуются и Винсент не откусывает Роди ухо.

– Я бы рекомендовал поторопиться, – Винсент в последний раз чмокает официанта куда-то в щеку и решительно давит на чужое плечо, заставляя опуститься ниже, – не заставляй меня ждать. Завидев покорность со стороны Роди, Винс только хитро ухмыльнулся, четко давая понять что руководить ситуацией будет именно он. Одна нога элегантно покоится на сильном плече, каблуком подталкивая ближе к себе. Очевидный намек на то, чтобы Ламори продолжил действия и зашёл намного дальше.

В соборе снова тихо.

Стоя на перроне, Роди понимает, что воссоединяется с прошлым, от которого так долго бежал в пучине страха и ненависти, отвращения, но осознания неотделимости его от самого себя. Будто можно так просто взять и выкинуть кусок жизни в мусорное ведро. Нет, конечно, это ведь не блюдо из его бывшей возлюбленной. || au, в котором через шесть лет после пожара Винсент оказывается жив