Потребовалось время, чтобы сориентироваться. Он привык просыпаться от шума и вибрации, но не от прикосновений. Как обычно, он плотно прижимался к стене, чтобы сохранить расстояние в несколько дюймов между собой и Майком. Но не сейчас. Потому что Майк перекатился через кровать и обнимал Уилла сзади. Его голая грудь прижималась к обнаженной спине, одна рука была закинута на талию, и он что-то бормотал Уиллу в затылок.

Неважно, как Майк смотрит, неважно, как себя ведет и что говорит. Неважно, на что Уиллу так сильно хочется надеяться. Реальность, хочет он того или нет, не может не напоминать ему, где чье место.

Майк не подозревал о своей влюбленности, пока на горизонте не появился соперник. Как ему принять ориентацию и удержать рядом Уилла, возле которого постоянно крутится Чэнс?

Последний год учёбы. Уиллу уже почти 17, события, связанные с сумрачным монстром уже давно закончились, но кто сказал, что сам монстр отпустил его? Баерса продолжают мучить видения, но в какой-то момент они резко изменяются. Теперь он не видит страшную бурю, сметающую всё на своём пути. Теперь он видит Майка... И что, чёрт возьми, ему с этим делать?

Относительно спокойный мир Майка Уилера в одночасье переворачивается с ног на голову, а давно выстроенные отношения с лучшим другом начинают идти под откос. На такое не закрывают глаза, а пытаются разобраться. Вот Майк и разбирается.

Он выглядит совсем юно, хотя у них едва ли год разницы, просто время не оставило на нем такой огромный отпечаток: щеки мягкие, кожа чистая, насколько может быть у подростка, здорового цвета, даже румяная. На него невозможно не смотреть, но чем дольше Майк смотрит, тем больше хочет наконец обнять своего Уилла, другого. Он начинает от страха сомневаться в своём решении переместиться сюда.

Однажды он приходит в школу и видит на своём шкафчике огромное сердце, запоздало вспоминая о дне влюблённых. Друзья загадочно улыбаются, похлопывая его по плечу. Но кто этот человек, который дышать без него не может? И сбудутся ли надежды самого Майка насчёт этого человека?

— Уилл...— Уилл дрожал от красивого глубокого голоса, произносящего его имя, член дергается от возбуждения. Это казалось почти... Подождите, это прозвучало в реальности или в воображении? — Уилл. На плечо легла чужая рука, еле прикасаясь, от чего Уилл вскрикнул и ударился затылком о стену. Или: Уилл мастурбировал на Векну...

Страх удушающими цепями связывает горло, давит и выжимает из лёгких воздух, заставляет терять почву под ногами. Уилл трясётся, словно лист на осеннем ветру, вжимается в первозданном ужасе в стену и едва дышит: из глубины вырываются только сорванные вздохи. Он помнит, отчётливо помнит, как крутил в своей голове сотни вариантов развития событий. Каждое было паршивым, но они выигрывали. Ни в одном из них сам Уилл не видел себя застрявшим в Изнанке. С Векной.

— Ладно, Харгроув, соблюдай дистанцию, окей? — Стив вздрагивает, просит сквозь зубы и тут же осекается. Потому что совершенно очевидно: Билли чисто из ебанутого принципа сделает все с точностью до наоборот.

Стив и Билли постоянно бодаются. Но что, если они попробуют кое-что другое?.. Разговаривать, например.

Томми говорит: «Видел Короля Стива? Боже, тебе понравится». Билли не нравится.

АU: Стив Харрингтон, по воле судьбы, стал преподавателем литературы в школе (и не вылетел из колледжа). Билл Харгроув, по воле того же самого, был и остается самым обычным старшеклассником (который чудом дотянул до выпускного класса). Стив говорит: "Тут буквально два правильных ответа. Почему ты не хочешь постараться?" И Билли, чтоб его, старается.

— Значит, ты королева дорог, а я король… чего? Билли приблизился медленно, но Стив и не подумал отшатнуться. Стоял, вздёрнув голову, и смотрел с вызовом. — Король игнора? Утренних побегов? Оставил бедного неудовлетворенного меня и свалил. Не стыдно тебе, сладенький?

— Ты же выбросишь его, правда? — Уилл был застигнут врасплох. А был ли? — Майк, это просто номер телефона, а не предложение. — И всё же, — Уилл не мог понять, почему Майк так реагировал на обычный номер телефона. Может, в теории Майк спокойно относился к тому, что Уилл гей, но не тогда, когда это применялось на практике. — Как долго у тебя этот стаканчик? — Уилл снова покраснел. — С утра. Я не знал, что с ним делать. Или: все знают, что Майк и Уилл встречаются, кроме самого Уилла.

После болезненного разрыва с прошлым, Уилл Байерс обнаруживает, что единственное существо, способное понять всю глубину его травмы, это тот, кто её причинил.

– Тогда, может, придумаем приз уже после того, как сыграем? И победитель заберёт всё, – кудрявый прочищает горло и отводит взгляд. Фанканон, где Уилл отправляется в Дерри, чтобы убедиться, что там не появлялись врата.

–Боже, твой запах сводит меня с ума, ты знаешь? – горячий шёпот ласкает ухо застывшего юноши. – Этот аромат шоколада, чернил и кофе... Знаешь о чем я думал Байерс? – Джонатан не мог даже толком дышать.– О том как меня бесит этот парнишка рядом с тобой, о том, как схвачу тебя за руку втолкну тебя в этот туалет и зацелую твои раздражающие губы до синяков.

С Нэнси он боялся сказать лишнее слово, а с Джонатаном он был честнее. Стив откровенно говорил о том, чего хотел, и их желания всегда совпадали. Поэтому он просто признался ему.

Джонатан попросил Стива помочь. Ему нужна была модель для фотосессии.