У Сынмина начался трудный период касаемо его состояния, здоровья, да и самочувствия в целом. Ему бы хотелось побыть наедине с кем-то. С кем-то, кто заставит его засиять вновь. Этим человеком оказался Джисок.

В лисьих глазах мелькает торжество и разгорается азарт, в котором Джисок боится сгореть дотла. Сынмин сам — как огонь, особенно после того, как покрасил волосы в бордовый. К ним хочется прикоснуться, взъерошить, зарыться носом и почувствовать ещё не отошедший запах краски для волос, чтобы хоть на секунду заметить в нём что-то простое, что-то человеческое.

За две недели до Рождества Джисок как и всегда должен был днями просиживать свой стул в офисе, тайно занимаясь чем угодно, но не горящими дедлайнами. А теперь... А теперь Гониль-хён сломал руку, и начальник нагружает дополнительной работой, недвусмысленно предлагая написать статью про Сеульские соревнования по фигурному катанию, наплевав, что стезя Джисока — музыка.

в любом случае, друзьям Джисока всё сразу стало очевидно при виде красных щек и расширенных зрачков друга, что бегали вслед за тёмной макушкой в школьных коридорах на переменах. хватания за запястья Джуёна и пихание локтём в плечо Гониля, возбуждено прыгая на месте, пытаясь не потерять свой объект воздыханий из поля зрения, отчаянный шёпот: — боже, Гониль, он буквально в пару метрах от меня... дали понять парням, что всеми любимый Чонсу стал главным предметом обожания их друга.

У Джисока нелюбящая мать, отец со второй семьёй, который уже как три месяца находится на "командировке". Цветные волосы и бывший друг, который таинственно от него ушёл. У Чонсу одинокая мать, работающая на двух работах, но которая очень его любит. Неплохие оценки в школе и пару знакомых. А ещё симпатия к милому Джисоку.

— Ты знал, что Three Cheers for Sweet Revenge от My Chemical Romance — это лучшая музыка для однополого секса? Сынмин по-глупому моргает, чуть приоткрыв рот, пытаясь осмыслить то, что только что сказал его новый сосед по комнате.

Джисок наконец-то решается поблагодарить спасителя, но подняв голову, все слова в миг испарились, а с губ сорвалось только первая буква слов благодарности. Уже знакомый ему парень стоял рядом, внимательно копаясь в мобильнике и заткнув уши наушниками. Они садились на одной станции утром, и встречались поздним вечером в электричке. Всегда в одно и тоже время, в одном и том же вагоне, ведь тот был удобнее других по расположению

пусть исход уже и так ясен но давай, испытай меня.|

запах подъезда, исписанные школьниками стены, вишневые сигареты, две жестяные баночки кока-колы со вкусом ванили – Джисок и Сынмин сидят на картонных подстилках, дабы не отморозить свои хитрые задницы и вместе пропускают эти нудные школьные будни, пока их одноклассники скучают на уроке истории.

Он столкнулся с безымянным студентом что сорвал крышу и затуманил разум. Желание, одержимость или любовь с первого взгляда? Это пугало, но так же завораживало.

Кто же знал, что этих двух нельзя оставить в общежитии только вдвоем.

джисок нехотя выбирается с другом на вечеринку, но неожиданно находит что-то бо́льшее.

На секунду парень представил как грубоватые, мозолистые от струн руки Гаона скользят по его телу так же как по грифу гитары. Такая мысль не впервые в его голове, каждый раз, когда тот видит свою пассию, здравый смысл улетучивается.

- Джисок, я так больше не могу! - Сынмин захлопнул дверь так громко, что в гостиной наверняка испуганно вздрогнул даже Гониль. - Что опять? Конечно, Джисок знал, что случилось. Но узнать подробности от этого хотел только сильнее.

Родители с детства читали Сынмину лекции о вреде курения, боясь, что их сынок подсядет на «гадость», которая непременно убьёт его лёгкие. Но оберегать стоило не от сигарет, что мирно лежали в бардачке большую часть времени. Оберегать Сынмина стоило от мальчика, что вечно ходил по школе в мятой белой рубашке и потрёпанных штанах на размер больше.

Розово-голубоватая чёлка обрамляет аккуратные тёмные брови. Тонкие кисти рассекают кислород. В одной руке – пиво, в другой – невесомость. Глаза его закрыты, длинные ресницы периодически подрагивают. Пухлые губы то и дело приоткрываются, беззвучно выплёвывая строчки песен. На хрупкой фигуре висит бесформенная ветровка. Её разъедающе-кислотный цвет щиплет глазные белки. Сынмин влюбляется.

- ты точно напьёшься и полезешь целоваться. - а ты против?

Он видит его на перемене, в столовой, иногда в библиотеке, а на футбольных матчах школы забывает как правильно дышать. Сынмин бежит, пинает мяч, попадает и с приятной усталостью вытирает пот – у Джисока останавливается сердце.

Сейчас только они, и никто больше. Сейчас они нуждаются друг в друге, и это единственное, что им нужно в данный момент.

последние окровавленные гибискусы в руках, а вместе с ними гаон падает в обморок. прям во время репетиции.