Оди больше нет. Уилл пытается понять, как жить дальше в Нью-Йорке, но Майк следует за ним. Их квартира полна их собственных призраков. Или катастрофически травмированные парни цепляются друг за друга и случайно узнают, как быть близкими — слишком близкими — пока переживают своё горе.

И в пятнадцать это оказалось так просто — влюбиться в Уилла Байерса. А сейчас Майку шестнадцать, час назад он целовал своего лучшего друга, и он понятия не имеет, что с этим делать. И что это значит для них двоих — тоже. Или история, в которой Майк целует Уилла, и они продолжают целоваться за закрытыми дверьми, потому что это ничего не значит. И когда это начинает значить слишком много, пути назад уже нет.

В Хоукинсе зима, и Майк с Уиллом больше не общаются. Живя в доме Майка, Уилл старается быть незаметным, проводя большую часть времени в подвале. Затем отключается электричество, и, если и есть что-то, чего Уилл боится больше, чем столкновения с Майком, так это холод. || Или: Семь ночей, в течение которых Майку и Уиллу приходится спать в одной комнате и постели, хотя их уже едва ли можно назвать друзьями.

Для Майка Уилера настоящей Изнанкой оказалась не параллельная реальность, а его собственное тело. Или, точнее, тихая война, которую он объявил самому себе, где еда стала оружием, а зеркало — порталом в мир саморазрушения. Спасательный круг в этом шторме бросит Уилл Байерс — единственный, кто смог разглядеть человека за стеной боли и прочитать те письма, которые Майк никогда не осмелился бы отправить

— Я очень хочу тебя поцеловать, — говорит Майк. Уилл так резко поднимает глаза, что слышен хруст шеи. — Не надо, — шепчет Уилл, ещё до того, как его мозг успевает обработать слова. — Не говори так. — Ладно, — легко отвечает Майк. И что, чёрт возьми, происходит? У Уилла галлюцинации? Трава вызывает галлюцинации? — Так что, салями и пепперони? —Уилл тупо смотрит на него. — Эм... да. или Майк и Уилл кайфуют от травки Джонатана и у Майка появляется потрясающая идея.

Имена на листе распределения по комнатам оказываются яснее ясного: "Уилер, Майкл" и "Байерс, Уильям". Комната 314. Майк глубоко вздыхает, поднимает руку, чтобы постучать, и задумывается, что обычно говорят лучшему другу в этом случае, если вы толком не общались последние восемь месяцев? Или история, в которой Майк и Уилл живут в одной комнате общежития, и снова учатся находиться в жизни друг друга.

Неважно, как Майк смотрит, неважно, как себя ведет и что говорит. Неважно, на что Уиллу так сильно хочется надеяться. Реальность, хочет он того или нет, не может не напоминать ему, где чье место.

— Нет, но правда. Если бы я был девушкой, — настаивает Майк, наклоняется и смотрит на Уилла покрасневшими глазами из-под темных ресниц. Каким-то образом, совершенно не осознав, что от этого вопроса сердце Уилла подскакивает к горлу. — Ты бы хотел меня поцеловать?

С Уиллом что-то не так. Всё началось три недели назад — почти четыре. Уилл проснулся после какого-то кошмара и вместо того, чтобы, как обычно, потянуться к Майку за теплом и утешением, вытащил из шкафа спальник и лёг на пол. Никто не верит Майку кроме Джойс. Но даже она не осознаёт всего масштаба того, что происходит с Уиллом. А Майк понимает. Майк всё подмечал.

Уилл никогда не целовался, и Майк, как настоящий друг, готов протянуть руку помощи.

История о случайном поцелуе, разбитом (и склеенном) сердце, крепкой дружбе и том, каким чудом является подростковая влюбленность. // Уилл останавливает его раньше, чем Майк успевает что-либо договорить, потому что уж лучше он сам разобьет свое сердце, чем это сделают за него. Если Уилер сделает это, Уилл не уверен, что сможет пережить это без последствий на их дружбе. - Нет, просто- забудь, хорошо? Это ничего не значило.

Уилл и Майк случайно подслушивают пошлый разговор парочки по рации и начинают повторять друг другу некоторые непристойные фразы ради забавы. То, что начинается как шутка, вскоре перерастает в то, от чего они не могут оторваться. И никому не могут об этом рассказать.

История о том, как Ричи Тозиер становится маленьким грязным секретом Уилла Байерса, а Майк Уиллер захлёбывается собственной ревностью.

Это 1992 год, Майк и Уилл — студенты третьего курса и живут вместе в крошечной нью-йоркской квартирке. Жизнь прекрасна. У Майка есть всё, о чём только можно мечтать: его лучший друг, невероятный город и целый мир у его ног. Единственная проблема? Он влюблён в упомянутого лучшего друга и понятия не имеет, как ему в этом признаться. К счастью для него, каждую пятницу вечером у него появляется возможность сблизиться с ним, если он пообещает после этого не вести себя странно. Что тут сложного?

Снаружи мир медленно и верно катился в небытие. И Майку думалось, что нет для этого достойнее (да что там, единственно верного) ответа, чем их с Уиллом поцелуй.