Как остановить охоту одного на другого, если не хочется ничьих смертей? Есть один вариант, но он радикальный. )

Из-за законов утуру (убежища) Джейк попадает в неловкое положение. Лето, море, васильки и чилл на пляжном песочке. Абсурдность ситуации и ревнивый полковник прилагаются.

- Ты ублюдок, Куоритч... - и сказать больше нечего. Джейк тихо рычит. Вынужденно подчиняясь, застёгивает на своих запястьях наручники. Теперь всё, теперь руки быстро не освободить...

Есть один способ, как навсегда зарыть топор войны: увидеть друг друга в связи. Разделить близость, разделить жизни. Ведь ни один на'ви не способен точить нож на пару. [Постканон третьего фильма 'Аватар: пламя и пепел']

Это уже становится закономерностью: Джейк его мысленно хоронит, списывает со счетов. Вот на этот раз уж точно и окончательно... Куоритч раз за разом возвращается из мёртвых. [Постканон третьего фильма 'Аватар: пламя и пепел']

Не сердите голых полковников. Они куда опаснее одетых.

В бытность человеком полковника Майлза Куоритча никогда не привлекали мужчины, но вот у его трёхметровой синей версии имеется своё мнение насчёт сексуальной привлекательности заклятого врага.

Там на глубине, в запале боя, понимая, что им обоим конец, желая ощутить напоследок, каково это вступить в тсахейлу, Майлз Куоритч ловит косу Джейка Салли и соединяет со своей.

Майлз Куоритч — разъяренный зверь, идущий по следу без устали, неоконченное дело и проблема, вновь свалившаяся на голову. Джейк Салли — раздражающая мания, красная тряпка для быка и яд, отравляющий кровь. Подобное тянется к подобному, а Джейку и Майлзу давно пора разобраться в отношениях.

совместный ужин должен был примирить семьи новоприбывших чужаков и жителей острова; Нетейам поймал на себе огненный взгляд Аонунга, отчего принц водного клана таинственно усмехнулся. уши наследника племени Оматикайа так забавно дёрнулись вверх от смущения, что Аонунг не в силах был сдержать игривый смешок: — что-то случилось, сын? — Тоновари вопросительно изогнул бровь. — прости, отец. плод, который я попробовал, оказался до неожиданности сладок.

Аонунг думал, что Нетейам всё понял. Но Нетейам ничего не понял.

— Горько, — едва прохрипел Нетейам, задохнувшись в кашле. Его уши беспорядочно то прижимались к голове, то выпрямлялись, а рядом, не скрывая своего веселья, смеялся Аонунг.

Нетейама прижимают к какой-то скале в очередной стычки, Аонунг уже не боится навредить, вжимая того в холодный камень, ведь рана зажила давно. Им обоим это нужно, чтобы наконец разобраться в своих чувствах.

Чувства с каждым днем только росли, случайные касания разжигали пожар по всему телу, заставляя сердце биться быстрее, чаще. Он по уши втрескался в Рифового Принца и назад дороги не было. Раньше он с уверенностью мог назвать себя смелым, если не бесстрашным, но сейчас…

- Знаешь, я и не предполагал, что когда-нибудь окажусь здесь. - сказал вдруг Нетейам. Он слегка повернул голову, чтобы взглянуть Аонунгу в лицо. - Где? В Ава'атлу? - уточнил парень, усердно работая над его косичками. - Это не так далеко от места, откуда вы прибыли. Нетейам лишь закатил глаза. - Ты же понимаешь, что я не об этом. - он опустил взгляд, возвращаясь к созерцанию водной поверхности у себя под ногами.

Аонунг без сомнения знал, что в этот момент он вплетёт бусину в свой песенный шнур. Чтобы он всегда мог помнить, независимо от того, сколько ему будет лет, как он встретил свою вторую половинку и как полюбил его.

— Если ты так уверен в этом, давай устроим пари. — Ло'ак лукаво усмехнулся, подходя ближе к брату, по выражению лица которого можно было прочесть, что любая его идея очень и очень плохая.

Сказ о том, как Ло'ак и Цирея свахами стали.

Сборник драбблов, в котором Аонунг по незнанию чужих традиций предложил свои ухаживания прибывшему Нетейаму, а тот имел наглость в шутку согласится, чтобы проучить наглого и самоуверенного на'ви. Вот только... Кто же знал, что и Аонунг, и его отец всерьез воспримут маленькую шалость?

Нетейам выжил. У Нетейма панические атаки.