— Наш заказ – Готье Хитклиф, — медленно пояснил мужчина. — И мы подозреваем, что он – последний из династии Бёрко. Сын Лукиана и Северины. Выживший мальчик, который, если наши опасения подтвердятся, может устроить в стране смуту, — полукровка сделал на этом особый акцент. Джером потратил секунду на обдумывание слов и не выдержал. Раньше всегда сохранял лицо, но сейчас этого невозможно было сделать. Издал смешок от удивления и слегка надавил на нож, предупреждая полукровку-шутника.

В сборной Октавии по фигурному катанию полукровка Скэриэл Лоу с редким техническим набором и стабильный любимец Федерации Готье Хитклиф делят один лёд и одного тренера — Гедеона Хитклифа. Но оба понимают: единственный билет на Чемпионат Мира не делится на двоих.

Джером с Готье готовят пиццу, но закончить у них не получится.

Скэриэл никогда не боялся темноты.

Влюбился, не было ни ночи, где не снился Тот кудрявый парень, что глумился От его ботинка рана Сложно любить своего хулигана

Ау по скэртье. Перед прочтением ознакомьтесь с метками!!!

Оливер Брум — сын ректора престижной Академии оказывается в отношениях, где забота постепенно оборачивается контролем, а близость — тонким давлением. На фоне слухов и недосказанности он начинает замечать признаки зависимости и манипуляций, пытаясь понять, где заканчивается даверие и начинается абьюз

Ау в Октавии, но без сильно выраженного классового неравенства. Готье - родной сын Уильяма Хитклифа и находится в тёплых отношениях с семьёй. Именно поэтому в один день приводит своего парня на знакомство с отцом. (Другие дети Уильяма тоже не отстают)

Конечно, Джером продолжал ненавидеть Готье, но причины сильно изменились. Теперь не переносил за всё то, что в нём так прекрасно, так маняще – до одури хотелось вдохнуть запах светлых волос, почувствовать гладкость кожи, поцеловать длинную шею. Но Готье – чистокровный, и к тому же украшенный незримой подписью «Моё», принадлежащей Скэриэлу Лоу, а потому Джерому оставалось лишь одно. Сгорать в чувствах. Противоположных, ярких, испепеляющих.

готье чувствует, как что-то от него ускользает. словно все вокруг — друзья, семья, старший брат — скрывают нечто важное. скэриэл проклят. иначе нельзя назвать то, что происходит с ним после четырнадцати — после того, как он стал оборотнем. долг гедеона — защищать. готье — потому что любит и не может позволить, чтобы наследник погиб. скэриэла — потому что его больше некому защитить. гедеон знает тайны, в которые не посвящен даже отец. ради спасения братьев он унесет их с собой в могилу.

Джером Батлер не любит праздновать свой день рождения. Но в этом году все пошло не по плану. Готье Хитклиф, ворвавшийся в его жизнь будто ураган, добровольно-принудительно заставил его поверить, что день рождения можно провести весело и вовсе не в одиночку. Его друзья Кэмерон и Скэриэл ему в этом помогли.

– Сегодня мы пройдём императора Киллиана Париса Бёрко... – поправляя очки, заявила учительница истории миссис Оливия. – А что вы скажете насчёт революционера Скэриэла Лоу?! – подскочив спросил ученик.

Ноги дрожали, пока Киллиан, вдыхая аромат люмьеровской футболки, двигал бедрами вверх-вниз. Этого было чертовски мало, хотелось прикосновений чужих рук, хотелось тепла, пошлого шепота на ухо, хотелось поцелуев. Хотелось Люмьера.

Посещать полисы других Домов было под запретом. Но законы Скэриэлу Лоу были не писаны.

Джером пятьсот раз думал написать Готье, чтобы тот не приходил. Сам не понимал, почему гон всегда протекал так тяжело – нужно было всего, и больше, больше, больше, будто не существовало предела, не было успокоения. Словно чтобы наконец выдохнуть, нужно было залезть Готье под рёбра и остаться там, где-то рядом с сердцем. Джерома пугало то, каким ненасытным он становился. Каким он мог бы быть, не контролируя себя.

Мы со Скэриэлом друзья. Потому что это нормально. Мы проводим время вместе, смеёмся и плачем, поддерживаем друг друга как умеем. Да, мы хорошие друзья. Это единственная аксиома в моей жизни, я никогда не ставил это под сомнение, даже когда начали отдаляться друг от друга, даже когда я узнавал всё больше страшных подробностей о делах Скэра, даже когда он начал узнавать мои секреты — мы всё ещё оставались друзьями.

Гедеон носит маски. Это даже не вопрос тайны. Многие это видят. А в особенности о них знает Люмьер. Может, он знает и что под ними?

Люмьер хочет, а Гедеон не может так. Не здесь и не сейчас. Будут ли скандалы, крики и истерики? Или, может, полное понимание и принятие?

Меня зовут Джером Батлер, сегодня восьмое февраля, и это мой восемнадцатый день рождения. // Готье хотел провести спокойный день, не выходя из комнаты, но Джером, своим неожиданным звонком, изменил все его планы.