Кинич уже не первый день находится в своих мыслях. Они тяжёлые и не очень приятные. У них нет ни конца, ни края, пока... Кинич качает головой в попытках отбросить лишнее. Его спутник, что представлял собой 2D проекцию дракончика, остановился и завис в воздухе вместе со вставшем на траве Киничем. Тот вскинул голову и взору его предстало множество звёзд. Они плясали на тёмном небе и слабо освещали собой этих низменных букашек, что жили в Тейвате. Как долго это продлится?..

Кажется что футболка слишком обтягивает тонкую талию, и впалый подтянутый живот. - Это просто возмутительно! Сейчас же снимай, тебе не идёт такой ужас! Не позорь меня слуга!

— Слуга?.. Кинич! — в ответ на недовольный крикливый возглас Кухул Ахава звучит привычная тишина, но в этот раз тишина звенящая и противная. Она затягивается, но ничего не происходит. Он кричит вновь, но тот не слышит.

Чуть заметная улыбка, от которой Ахаву хочется уже закричать ему в лицо, что "Черт возьми, парень, улыбайся чаще!". К сожалению того же Ахава, все попытки вызвать у Кинича какой-то смех заканчивались скорее раздражением второго, нежели весельем. И Ахав бесился. И попыток не бросал. Что заканчивалось частым заточением. Как будто ему в руинах этого не хватило, честное слово...

С каких пор Ахав стал таким любопытным и ... тактильным. Его стало слишком много. и почему-то это много досталось именно Киничу.

Ёимия и Муалани испытывали новую косметику на Киниче.

— Ничтожный слуга. За свою помощь мы требуем несколько литров фруктового сока — Раздался на удивление приятный глубокий голос мужчины, что заставило Кинича резко поднять голову и осмотреть... Ахава?

— Узнаёшь, кто я? — наглая настойчивая рука, игнорируя сопротивление похолодевших пальцев шокированного Кинича, движется вверх по бедру и забирается под обмотанную на поясе кофту. Не будь в таверне так сумрачно и шумно – окружающие наверняка увидели бы, как порозовело вечно серьёзное лицо уитцтлановца. От стыда, безысходности и смущения. От бури эмоций, которые сдавили Киничу грудь. — А, слуга?

У Кинича умирает отец прям перед его 18 днём рождения, буквально перед началом его жизни, а тут и Ахав на подходе со своими проблемами. Каким образом они вообще могут быть соулами?

– ... Ахав? Эй, Ахав. Очнись. – Что такое? Что случилось? Отвали, я занят своими делами. – ...У тебя слёзы на лице.

Мокрые дорожки текут по щекам с новой силой, когда он сжимает челюсть сильнее. Жмурит глаза, падая головой на грудную клетку парня, прижимая к себе тело сильнее.. — Чёртов придурок!

Кинич оказался в пустыни с потерей памяти, он был продан как товар, брошен в знойный Афарис – город, где золото решает всё. Но этот мир принадлежит Великому Кухулу Ахаву – властителю песков, живой легенде, жестокому и самовлюблённому. Никто не смеет бросить ему вызов. Никто не интересует его. До сих пор. Когда Ахав встречает Кинича, он впервые задерживает на нем взгляд. Что он видит? Игру? Забаву? Будущего врага? Песчинка может стать бурей. Но чью судьбу она изменит?

— Слуга! Ты был беспечен и забыл о наших нуждах! — Ахав, маленький пиксельный дракончик размером не больше ладони, кружит вокруг Кинича, пока тот, в свою очередь, идёт в сторону своего дома. Или, правильнее будет сказать, их дома. Куда хозяин, туда и слуга. Вот только кто из них кто, это интересный вопрос без точного ответа.