Стив, стянув с себя куртку и забросив её на водительское сиденье, плюхается на заднее сиденье. И, пожалуй, оказывается на нем впервые в своей жизни. Потому что с теми, с кем он сюда приезжал и кто после не требовал сразу везти её обратно, он оставался на водительском сиденье, довольствуясь поцелуями через подлокотник между сиденьями. Только не с Эдди. С тем ему хотелось сжаться в единый комок, не оставить по возможности ни миллиметра пространства между ними.

Стив считал себя героем, ведь смог совладать с собой и не поддался соблазну прямо на рабочем месте. Они спокойно доехали до дома Харрингтонов… Но стоило Эдди уронить расчёску перед огромным зеркалом в прихожей, остатки самоконтроля растворились без следа.

Они впервые ступают на эту территорию — до сих пор довольствовались лишь долгими поцелуями в губы. Сегодня хотелось зайти дальше...

Эдди узнает о прошлых отношениях Стива с Билли и пытается исправить его травмы. - Мы дрались. Вроде как специально находили повод, чтобы подраться. Конечно, он всегда побеждал. Качался каждый день как помешанный. И... Это возбуждало.

Поздним утром, когда солнечный свет уже вовсю проникал в комнату сквозь шторы, Мансон заёрзал, чувствуя, как кто-то прижимается к его спине. Его сонный мозг не сразу отреагировал, но потом он резко открыл глаза и понял, в какой пикантной ситуации они оказались.

«Твой любовничек…» — Стив не ожидал, что дружба может стать такой горячей. Желание на грани, а фантазии ведут к неожиданной близости.

Стив Харрингтон ненавидел глупые игры. Особенно — в семь минут в раю. Особенно — с Эдди Мансоном. Что может случиться за это время в темноте? Всё. Исповедь, которую не произнесли вслух. Прикосновение, изменившее все правила. А потом — поцелуй, который стал началом. Началом того, что длится больше, чем семь минут.

Стив совсем недавно пришел к осознанию, что неравнодушен к Эдди. Он определенно не ожидает, что поездка в Сан-Диего бросит его с головой в нечто большее, но у вселенной на это есть другие планы.

"Счастье любит тишину" - однако это не касается дел более интересного характера. Ну а страсть - это неконтролируемое повседневное явление, которое смело может разгореться даже в процессе будничного спора

И если к тому, что Эдди умеет убирать свои волосы для удобства, Стив был отчасти подготовлен, но все предпосылки того, что на самом деле Эдди плохо видит, он пропустил мимо себя.

на дворе 18 век, Стив - сын короля, который никак не может найти себе достойную принцессу, а Капитан Эдвард Мансон - пират, который пришел захватить королевство отца Стива.

— Неужели короля школы победит какой-то фрик? — саркастично бросает Эдди, делая небольшие медленные шаги в сторону пострадавшего.  — Если твоя идея не сработает, я клянусь, Мансон, тебя на носилках из этого бара будут… — не успевает договорить шепотом Стив, как ему тут же в спину прилетает удар, который буквально валит парня лицом в грязь.

Стив Харрингтон хотел почувствовать себя нормальным. Хотел просто побыть пьяным подростком в компании друзей. Кто же знал, что вечеринка обернётся тем, что он окажется заперт в шкафу с Эдди Мансоном? Кто же знал, что это единственное, чего он хотел на самом деле?

Вот, что Стив хотел видеть – Эдди, у которого крыша едет от любого взаимодействия с его телом. Эдди, который тонет в его любви и при этом отдаёт всего себя. Этот Эдди – поистине открытие. Неизведанный вид, побуждающий узнать как можно больше о нём.

У Эдди Мансона теперь есть всё: деньги, новая группа, любимый парень и белая полоса, уходящая за горизонт. Но графики не совпадают, быт налегает, а близость сводится к редким поцелуям на бегу. Когда напряжение достигает предела, а раздражение вот-вот прорвётся наружу, оказывается, что лучший способ всё исправить — это вспомнить старые правила любимой игры.

У Эдди Мансона есть любимая песня, о которой знает только Стив Харрингтон.