Венеция. Два тела, покрытых трещинами, как старые фрески. Агент ФБР Ян Ньюман осознае́т: чтобы поймать убийцу, ему придется столкнуться с прошлым. Его потерянная любовь теперь замужем за тем, кто может стоять за всем этим. Игра на опережение начинается, а цена проигрыша — ее жизнь.

Единственный способ снова стать близкими — через боль, через грязь. Через украденную пачку вонючих сигарет и рвущееся кружево.

Что с ними будет дальше — она подумает завтра. Что делать с этими аномалиями, с отродьями и переведённой книгой, которая, кажется, ничего хорошего человечеству так и не обещает, что там с Донован, другими бессмертными и ступающей на хвост смертью... Всё потом, все не сейчас, только не сейчас.

Порой каждому хочется развеяться и отогнать навязчивые мысли об ужасающей реальности, но когда мир оказался внезапно погружён в бесконечную разруху, то, кажется, единственным спасением могут стать лишь запылившиеся бутылки со спиртным и примитивная, но до жути затягивающая игра в кругу приятелей.

— Черт, нужно было сразу, как ты очнулась, принести тебе эту рацию. — Да

Он знал, что она сейчас рассматривает его. Нет, не рассматривает — откровенно пялится. Жадно вглядывается в каждый сантиметр сильного опутанного тела, в каждое подрагивание мышц и в выдающий его с потрохами член. Он верил — или был уверен? — что она наслаждается тем, как веревка подчеркивает мускулы на его груди, и радуется тому, что он принадлежит ей. Сейчас и всегда. Весь без остатка.

Одним горячим вечером супружеская пара в лице Яна Хилла и Лэйн в порыве страсти решают попробовать для себя кое-что крайне пошлое и крайне сексуальное — снять порно для них самих..

О том как важно говорить словами через рот

Вся её жизнь постепенно превращается в стабильность, а наступившая стагнация медленно, но верно скатывается в лёгкую деградацию. Повторяются раз за разом дни, мешаясь в один сплошной день сурка. Словно Лэйн застряла во временной петле.

И как так вышло, что я – кот, гуляющий сам по себе, так ненавидящий ошейники и стены, сам прибежал на колени к той, кто остался небезразличен. Я отдаю тебе поводок, Лэйн. Он твой. Я твой.

- Ты – безупречна. До безумия, до колющих ощущений на кончиках пальцев, до потери сознания - безупречна, - хриплым голосом произносит мужчина, смотря на обнаженное тело криптографа. – Ты такая красивая. Лэйн задыхается от его слов. Голос Яна настолько манящий, что хочется нырнуть в него с головой, захлебнуться в бархатном тоне, что так мелодично звучит с нотой хрипотцы, перемешанной с тяжелым дыханием.

Яну казалось, что он всё вспомнил еще в тот момент, когда издал свой первый крик. Вернее, второй первый крик.

Познавая себя, мы познаём Бога, и тогда мы будем подобны Ему. Лэйн с детства диктовали правила, вершили её судьбу, но примерная дочь выросла и грезит о неправильных вещах, а спутанный комок чувств приводит к тому, что она становится жертвой преследователя. Жертвой ли?

Как же сложно работать, когда рядом он.

Память никак не могла дать ей нужный фрагмент прошлого, оттого брови ее сводились к переносице каждый раз, когда она смотрела на высокого мужчину, что так неожиданно ворвался в жизнь всего отряда. Первое, что бросилось тогда на заброшенном складе в глаза, – шрам на лице, что как ветви старого дерева, расползался по левой стороне, и был скреплен скобами.

Она повернулась к нему, увидев, что их лица вновь слишком близко друг к другу. Пробормотала, отведя взгляд: — Мне нужно работать...

Все звуки стихают, кроме ее бьющегося сердца и легкого, едва уловимого хлюпания между ног. Она приоткрывает глаза и видит, что Ян наблюдает за ней с ухмылкой. По коже вновь бежит легкий холодок — Лэйн с Роткова стремилась к лучшему, молилась, старательно смывая с себя грехи, которые сама не помнила, но куда загнала себя сейчас? Хорошие девочки не трахаются с незнакомцами, Лэйн.

Ян, ровно как в её сне, льнёт к шее, притирается носом, сдвигая волосы в сторону. Горячее дыхание обжигает, приятно раздразнивает. Он прикусывает кожу, тут же зализывая, притупляет легкое жжение, втягивает в рот, оставляя отметину. Морские волны по-прежнему шумят внизу.

Лэйн, будучи студенткой последнего курса, с головой погружена в гнетущую тоску и апатию: дни становятся всё мрачнее и мрачнее, а желание окончательно отгородиться от внешнего мира растёт в геометрической прогрессии. Кажется, всё безвозвратно надломилось, но в один день выясняется, что она — навязчивая мысль загадочного незнакомца, который не спешит раскрывать свою личность. Всё началось с лёгкой заинтересованности, но кто же знал, что это мимолётное чувство перерастёт в долгосрочную игру?

Лэйн всегда знала, что все будет хорошо. в ней всегда была эта непоколебимая уверенность в том, что что-бы не случилось, обязательно, после, все обойдется. и окончательно в ней она засела после того, как услышала тихое «все будет хорошо, ласточка». и как можно было не поверить в такое? особенно, когда Ян с такой нежностью целует её в лоб.