- Это нормально, что я иногда хочу его сожрать? - спросил Юнги как-то у Намджуна. - Говорят, многие альфы малость текут крышей, когда их омега в положении, - честно ответил Намджун.

Если попал в руки такого следователя — жди жаркого допроса.

Чимин любит этот кофе и не может понять, то ли дело в самом кофе, который, наверное, самый прекрасный из всех, что когда-либо он пробовал, то ли в альфе за стойкой, который изначально бетой кажется из-за отсутствия запаха.

Юнги был необычным омегой, по мнению многих - неправильным. Сильный характер в сочетании с совершенно не омежьим стилем, интересами и кругом общения. Омеги не хотели с ним общаться, даже боялись, что совсем не расстраивало брюнета. Альфы тоже не торопились сближаться с ним, хотя даже если бы и пытались, скорее всего, были бы посланы на три буквы.

До этого момента Юнги видел Чимина только на фотографиях в сети. На них подросток всегда был в вызывающих нарядах, на его лице постоянно был яркий макияж. А сейчас омега стоит перед ним в белой домашней одежде, сжимая в руках несколько тестов на беременность.

Юнги откровенно не понимал, почему жизнь решила постебаться над ним. Именно над Мин Юнги, который, мало того, что влюбился в омегу, который — не понятно — истинный ему или нет, так еще в добавок пахнет кошачьей шерстью, на которую у альфы аллергия.

Не желаете ли с утра ромашками в лицо?

— Прости, пожалуйста, прости, — повторяет он, собирая осколки, не замечая, как пальцы покрывают кровь и порезы. — Ты прекрасен, — просто говорит Чимин. Он повторяет это Юнги каждый день, а тот все голову в плечи вжимает, стоит ближе подойти. >AU, в котором Юнги — жертва абьюза, а Чимин просто напросто убьет его бывшего, если вдруг встретит, так сильно кипит в нем ненависть за искалеченную душу счастливого всегда лишь на две трети омеги.

— Папа, — услышал Чимин детский тихий голосок, и в груди у него что-то взорвалось. >Чимин один растил сына, а его новый омега не внушал доверия, пока у ребенка не случилась температура, а Юнги не накрыла волна переживаний.

Кто говорил, что изумительным омегам несвойственно иметь татуировки на теле и набивать их другим? Верно, никто. А Юнги в свои двадцать пять осознаёт, что стал одержим своим юным тату-мастером.

— Хён, научи меня трахаться, — альфа давится воздухом. Ему послышалось? Нет, ему точно послышалось. Его невинный Чимин не мог о таком попросить.