Эксперимент, подтверждающий теорию Виктора: Джейс хочет подчиняться.

Не всё, что мы себе придумываем и фантазируем становится правдой. Но кто сказал, что это плохо?

Дышать. Главное не забывай дышать.

Выступая публично, лучше не отходить от заготовленной речи, иначе может случиться неловкость. Джейс не фанат чтения с бумажки - и однажды он оговаривается.

Джейс был словно воплощением того, чего хотелось Виктору. Идеи, знания, уверенность и нестандартность мышления. Возможно, у помощника декана Академии были завышенные стандарты, но этот юноша чётко по ним проходил.

Он умирал. Знал об этом достаточно давно, чтобы шестеренки в голове ускорили свой ход в тысячу раз, при этом двигаясь и трогая частички его мозга в абсолютно хаотичном порядке. Чем больше он работает, тем больше он думает. Тем больше процент попадания в это самое место - пучину ненужных дум; бескрайней вариативности; анализу жестов, мимики, фраз. И все это из-за одного единственного человека.

Животное, угодившее в капкан, силится отгрызть себе конечность. Для Виктора такой капкан — все его тело. Ржавый капкан, который он таскает два с лишним десятка лет.

Джейс не понимал, что он сделал не так.

Медленно, миллиметровыми шажками, но они продвигаются вперед; и так же медленно, по капле, по мельчайшей песчинке, тает Виктор. Несколько месяцев (полгода, быть может?) прошло с начала их партнерства – с того момента, как тогда только ассистент декана остановил его от безрассудного желания положить конец всему, и с каждым днем Джейс видел, как сильнее впадают скулы Виктора. Он уже не всегда понимал, решительный ли блеск чужих глаз, или же болезненный.

в его глазах он наблюдал вселенную

Они забыли про чай с ромашкой, который уже давно расплескался по холодному полу их кабинета...

Все в их взаимоотношениях шло к этому, но извечные исследования, рассмотрение гипотез не давали им поговорить друг с другом. Может быть сегодня тот день?

Виктор в его уютных объятиях выглядит как что-то законченно идеальное.

Виктору не хочется смотреть, как на шее Джейса затягивается петля политических интриг. И будто даже что-то перестаёт умирать в нем, когда после танцев в честь Дня прогресса (праздник прошел мимо Виктора, как и все прочие) Джейс приходит в лабораторию.

Которую мне не суждено прочесть

!Действия происходят в Акте 1! Виктор думает, что никто не замечает его слабости. Либо никому нет дела и никто ничего не замечает, либо он хорошо притворяется сильным, либо все всё замечают, но опять же никому нет дела. Однако есть одно но: Джейс Талис. Джейс видит его насквозь.

Паудер тихонько всхлипывает и выдыхает еле слышно: — У меня кровь. — Где кровь?! — в ужасе переспрашивает Силко. Паудер втягивает голову в плечи и вдруг смущается, совершенно нехарактерно для себя, а до Силко наконец доходит. Какой же он болван!.. Они оба, он и Вандер, болваны: они ведь знали, что она взрослеет, и даже не подумали предупредить.