Чонгуку сказали, что для того, чтобы Тэхен в него влюбился, ему нужно его рассмешить, но каждый раз, когда Тэхен смеялся, влюблялся Чонгук.

— Так… почему Винсент? — негромко спрашивает он, но в ответ получает негромкий храп. — Блять, — вздыхает Чонгук, откинув голову на спинку сиденья и прикрыв глаза.

«Мне нужен хозяин в доме, чтобы безжалостный с другими, но ласковый со мной. Надо будет – стану добиваться, если тебе важно, чтобы всё было как у людей. Год, два? Не побоюсь напрячься, — слова господина Чона – гром среди ясного неба: — Я даже не побоюсь тебя полюбить, если это так необходимо».

Что будет, если неуступающие пусанские парни встретят на одной территории школы сбежавших за мечтой парней из Дэгу? — Вы в нашем городе, а значит, следуете нашим правилам. — Тогда советую отсосать нам в честь нашего приезда, иначе я не разрешу сплёвывать.

Люди знакомятся, влюбляются, встречаются и женятся. Иногда. А иногда все происходит наоборот.

Чонгук улыбается, поправляя волосы, и взгляд Тэхена цепляется за тонкую полоску золота на его безымянном пальце. Ну надо же, прямо сюжет, достойный мыльной оперы: влюбиться настолько сильно в человека, который давно любит другого.

Юнги сказал, что им очень легко влюбиться в таких, как Чонгук. Тэхен тогда просто посмеялся над его словами.

Из чужих уст можно услышать, что сегодня вновь кто-то лишился руки из-за алмаза.

Ау, где Тэхён — любитель посещать всевозможные модные выставки художников, а Чонгук презирает всех этих цветочных мальчиков. Пока однажды на него не налетает один спешивший на выставку прекрасный парень с квадратной улыбкой.

— Разве он стоит этой войны, Чонгук? Отдай им его. Он же чужак! Чонгук, повернув голову в сторону Тэхена, не ответил. Он смотрел на омегу с печальными глазами, одиноко стоящего среди глубоких сугробов. Тэхен снова один, мёрз, много думал и не улыбался. Чонгук за всё время их знакомства улыбку омеги ни разу так и не увидел. У Тэхена в сердце зияли чёрные траурные дыры. Ему было не до улыбок. Впрочем, Чонгуку тоже.

Каждую неделю Тэхён ходил в клубы… Или в бары. На самом деле, место и время суток никогда не имело значения. Тэхёну всего-лишь нужно было притвориться сильно пьяным, чтобы какой-нибудь «хороший» альфа подошёл к нему и узнал, в порядке ли он. И чтобы после исключительно из хороших побуждений, сгорая от желания воспользоваться беззащитным телом, отвёз в дешёвый мотель. Система всегда работала исправно. Но однажды даже она дала сбой в лице Чонгука. В лице альфы, который действительно хороший.

Чонгук влюбляется в уличного музыканта.

Вот список вещей, которые делать категорически запрещено: спорить с друзьями, спорить на других людей и влюбляться в того, на кого поспорил. Тэхен сделал все три.

У него перед глазами война, смерть, пули и назойливый волонтёр, который всей душой желает вытащить капитана из посттравматического стрессового расстройства.

тэхену изменили, а чонгук появился очень вовремя.

У Тэхёна проблемы с законом, и, кажется, с кармой, иначе он не может взять в толк, за что ему это всё.

Глаза... Глаза у этого болтливого красивые, такие голубые. Даже в темноте яркие, насыщенные, в них страшно смотреть. Прилипчивый, конечно, как клещ, но взгляд-то какой... Пронзительный. До костей. Он капитану напоминает море, оттого и страшно. Если честно, очень. Моря губят жизни. И люди, знаете ли, тоже так умеют.

— Мы с тобой не друзья. Запомни уже нахрен: не друзья. И никогда не будем.

— Эй. До следующей пятницы?

Первым, что сказал Тэхену новый босс в его первый рабочий день, было: «Не смейте влюбляться в меня, мистер Ким». Офисное AU, где Чонгук — вредный исполнительный директор, Юнги закатывает глаза, а Тэхен (не)много заебался.