В Гнезде они не празднуют дни рождения. Время никогда не было радостным событием, напоминая о том, что Тетсуи уже не молод и Рико никогда не был или Жан Моро сквозь дни рождения.

В мире, где насчитывается более семи тысяч языков, на которых можно признаться в любви, — они создали свой.

Это их трехлетняя годовщина, и у Джереми все идет немного не по плану.

Не смотри им в глаза дольше семи секунд. Если это случилось - беги.

Он так поглощен разглядыванием рукавов вокруг запястий, что не понимает, когда команда появляется в раздевалки до того момента, пока Джереми не приседает возле него: "Все в порядке?" Нет, отчаянно думает он, тебя слишком много. — Конечно,— говорит он в конце концов, вставая и уходя.

Кевин Дэй был одним из Воронов. Он носил под левым глазом цифру два (когда как сам Натаниэль был гордым обладателем тройки) и служил команде здравым смыслом. Они были знакомы с детства, с того момента, как родители решили отдать их на воспитание клану Морияма. Они вдвоем, Жан Моро, носивший четверку, и Рико Морияма, единица, всегда были вместе, сколько себя помнили. Игры, обучение, служба - они всегда шли нога в ногу. Неразлучные. Лучшие. Вороны клана Морияма.

Теперь я Троянец, и буду играть в сборной Калифорнии. Джереми Нокс — мой сосед по комнате, а еще у него голубые глаза, а у меня — серые... Жан вовремя одернул себя. Все это лишь незначительные подробности. Но тогда почему он не мог выкинуть их из своей головы? История о том, как Жан пытается освоиться в команде Троянцев, а Джереми помогает ему раскрыться в новом коллективе.

Друзья с привилегиями!AU. Жан не понимает, когда границы между снятием стресса и чувствами начинают стираться.

Фигурное катание!АУ: Это были его первые Олимпийские Игры. Это были Олимпийские Игры в Пекине.

Джереми возится в объятиях Жана, лицом зарываясь в шею и что-то бормоча на до невозможного ломаном французском, который он не так давно начал учить. Моро поправляет на нём свитер. Из соседней комнаты доносится смех девушек, перемежающийся со звуками световых мечей. // Пока повстанцы крадут чертежи «Звезды Смерти», Джереми крадёт сердце Жана.

Живя в Гнезде, Моро научился главному правилу - не доверяй никому, если не хочешь получить нож в спину. И это правило и правда работало. Но сейчас, стоя на поле в оживлённой толпе, Жан понял. Вокруг него - команда. Джереми улыбался, махал трибунам и обнимал товарищей. Именно Джереми Нокс подарил Жану новую жизнь. Не Рене, не Нил, не Кевин, а именно Джереми. Именно Джереми принял его. Принял его привычки. Принял его страхи. Принял его прошлое. Принял его самого.

Рядом с Джереми кошмары обходят Жана стороной, и он спит спокойно, пока ему мерно сопят в шею. Да, пожалуй, довериться капитану Троянцев было отличным решением.

джереми нокс выглядит как человек, в которого не страшно влюбиться. пятнадцать дней в аду, или как жана моро отправили во временную петлю.

Нил - математик-ботаник, который по счастливой случайности попадает в группу друзей, которые становятся для него самыми близкими родственниками, которые у него когда-либо были. Поэтому, когда он рассказывает им о своей загадочной влюбленности, он не удивлён, как быстро они придумывают план, чтобы помочь им сойтись. Они настаивают на том, что если Нил последует за ним, он заставит его влюбиться в него в мгновение ока. Но не всегда же всё идет по плану, да?

День за днём Жан привыкал к новой команде, где никто насильно не заставлял его что-то делать. Все были дружны и от этого становилось… тревожно? Вороны точно сильно на него повлияли. Но Джереми всегда рядом и поддержит Жана во всем.

– Хочешь жить вместе? – медленно сказал Жан, проговаривая каждое слово так, будто проверял, как оно звучит. Таким образом его французский акцент звучал куда выразительнее, и Джереми, слишком занятый попытками не упасть в обморок, совершенно упустил смысл сказанных слов.

Пальцы Джереми свободно обхватывают его запястье, выстукивая медленный ритм сквозь ткань свитера, и Жан сосредотачивается на нем, подстраивая свое дыхание. — Ты бы разозлился, если бы я захотел устроить что-нибудь на твой день рождения? — тихо спрашивает он, как только дыхание Жана выравнивается.

Джереми сложно держать это в себе. С каждым новым днём он надевает очередную маску, но знает, что не продержится долго.

Это было далеко не первое Рождество, которое Жан и Джереми собирались встретить вместе, но первое, на которое они решили отправиться к Ноксам. Или: "Знакомьтесь, это мой парень" по-калифорнийски.

Три раза, когда Жан игнорировал боль, следуя правилам Гнезда, и один раз, когда он позволил Джереми разобраться со своей болью.