Эта история перенесёт вас в мир, где каждый имеет пару милых собачьих ушек и хвост, свою породу и благородную родословную. Но что делать, если в этом мире породистых аристократов ты - маленький беспородный омега, имеющий только яркую внешность и добрый характер? Правильно, выживать.

После матча Хината получает подарок. Наступает хаос.

"Когда Кагеяме Тобио исполняется пятнадцать, он просыпается утром и обнаруживает на подушке черные перья. Первое, о чем он думает - ох, слава Богу." Вторая часть цикла о вселенной оборотней, в которой Кагеяма Тобио очень рад, что его звероформа - это черная ворона, но так же невероятно плох во всем, что касается того, как вороной быть. Особенно плох Кагеяма в ухаживании за другой вороной.

А Хината терпит — сильно, крепко, до бурлящей крови в венах. А Ойкава всё ещё хочет — быстро, жестко, до разодранной в кровь спины.

Когда Куроо называют извращенцом, он недовольно фыркает и отворачивается. Нет, он вовсе не похотливое животное и не извращенец, но когда ваша вторая половинка находится в другом городе большую часть времени, даже самая прочная выдержка начнёт давать сбой.!

— Прежде чем ты что-то вякнешь я задам тебе один вопрос, — проклятые губы растянулись в зловещей ухмылке, — Итак, почему ты не вернул себе контроль? Почему позволил лишить себя жизни? — наигранно серьëзно спросил Король Проклятий.        — А?! Я?! Позволил?! Что за чушь ты несёшь?! Думаешь мне по приколу здесь находится?! Из-за тебя, урод, мы навечно скованы одной цепью! Ненавижу! — закричал Итадори швырнув бычий череп в сторону проклятия.

— Что? Да ты…! Да мы… Мы вас сотрем в порошок! — в повышенных тонах, восклицал маленький блокирующий, но отнюдь не внушая какого-либо ощутимого страха — скорее, наоборот. — Неужели? — с еще более высокомерной ухмылкой произнес невозмутимый Атсуму — Раз так, может поспорим? Чья команда проиграет, тот должен будет выполнить желание. — Понял! — крикнул в ответ Шоё, не имея возможности возразить.

— Б-бокуто-сан, не могли бы вы немного отойти? — Хината запинаясь, тихо выдавил вопрос, когда Котаро согнулся в спине, склоняясь над плечом Шоё так, что его голова была рядом с головой Хинаты, а их щеки почти соприкасались. Шоё становилось жарко, казалось, кожу опаляет от тела Бокуто. Близкий контакт был почти невыносим.

Кагеяма совсем, ни при каких условиях и ни за какие деньги, не хочет этого признавать..