Снова и снова Айзаву Шоту будит один и тот же будильник, в одно и то же время, в один и тот же день. Срабатывает сигнализация двери доступа на крышу. Сейчас 7:56 утра. Сегодня суббота. И снова, и снова Айзава Шота едва ли не слишком поздно, чтобы остановить Мидорию Изуку, который сошёл с уступа и шлёпнулся на бетон внизу.

После того, как Всемогущий говорит Изуку, что ему стоит отказаться от своей мечты, он встречает на крыше еще одного героя.

Когда Шота просыпается, он чувствует, что что-то ужасно неправильно. Он абсолютно прав.

Айзава оказывается на улице, почти не помня, как он туда попал. Позади него раздаётся вздох.

Изуку не очень хорошо ладит с учителями. Если он говорит прямо, он попадает в неприятности. Если над ним издеваются, он попадает в неприятности. Если он позволяет себе хоть на секунду расслабиться, он попадает в неприятности. Изуку не глупый. Он знает, в UA ничего не поменяется.

Айзава тайно любит всех своих детей и показывает это только тогда, когда никто этого не видит

Кошмар. Опять. Однако на этот раз что-то изменилось, что-то незаметное, но важное настолько, что нужно вернуться в реальность

Шота не может позволить своему ученику думать, будто его ненавидят. Особенно когда речь идет о ком-то, вроде Мидории.

Он потерял все, чтобы обрести все это занаво

Про то как Изуку справлялся с самим собой и своими проблемами

У Айзавы есть репутация, которую нужно поддерживать, посмотрим, как долго она продлится.

Учителя давно должны были заметить. С Изуку что-то не так.

Он учитель, и его роль - это волноваться за своих учеников, даже если он этого не показывает.

Смерть была, есть и будет частью жизни, и отбирать ее навсегда жестоко.

Эта его рутина: походы в библиотеку, встречи со взрослыми (взрослым нельзя доверять, они только хотят что-то получать) и поиск новых мест для сна. Дни проходят, и в конце концов мечта быть героем уходит на задний план. Заперта в клетке, ключ выброшен, и его никогда не найдут. >Может быть, его заставили повзрослеть слишком быстро, но сейчас он может начать выздоравливать. Сколько бы времени это ни заняло, он знает, что Шота будет рядом с ним на каждом шагу.

Это был нормальный патруль, до того момента когда Сотриголова замечает маленькую фигуру на крыше. Конечно, он без колебаний добирается туда, чтобы уговорить этого человека или, что еще хуже, поймать его. Он видит ребенка. Что ж, подросток, молодой и уязвимый, который столько пережил за это время, когда его сердце было разбито, и слезы были обменены на истощение, гнев на апатию и желание жить на потребность больше не существовать.

Мидория Изуку активирует Стирание Причуд. Погодите… он сейчас что?

– Вы подрались? – спросил он. – Да, – ответил Тодороки. – А теперь вы застряли? – Да. – Под зданием. – Кажется так. Двое друзей проводят время и разговаривают друг с другом, пытаясь не дать страшной ситуации превратиться в безнадёжную.

— Я устал, — тихо произносит Мидория, и Шота протягивает руку, чтобы осторожно взъерошить кудри подростка. — Я знаю, — вот всё, что он может сказать в ответ. (Три раза Изуку устаёт, один раз отдыхает, и один раз просит своего сенсея сделать то же самое)

Во время патруля Сотриголовы идёт дождь. Ночь спокойная и тихая, лишь звук самой падающей воды. Возможно, поэтому болезненно надрывающийся детский смех слышен так ясно и отчётливо. АУ! Айзава встречает шестилетнего Изуку, у которого уже второй серьёзный диагноз, звучащий как окончательный приговор.