Аль-Хайтам ненавидит прикосновения, а Кави ненавидит невозможность коснуться любимого человека. Замкнутый круг.

Аль-Хайтам возвращается домой и чуть не спотыкается обо... что-то. Он переминается с ноги на ногу и хмуро глядит на это что-то. Большой деревянный Аранара улыбается ему в ответ. «О, и как он тебе?» - спрашивает Кави с кружкой в руках.

Кави не может похвастаться выдающейся внешностью, покладистым характером или карьерными успехами. Но спросите Аль-Хайтама – и услышите не одну оду в его честь.

- Ты не думаешь, что на сегодня хватит хиромантии? – вопросительно приподнял бровь аль-Хайтам, руку которого уже изучили вдоль и поперек, - Мне достаточно десятерых детей, давай остановимся на этом.

Пускать кого попало в свой дом он не собирался. Но что-то внутри все же прогнулось. И благородное решение вылилось в сплошную головную боль…

"Только бы не заболел.. " - подумал Кавех, сползая вниз по стенке.

С каждым годом Аль-Хайтам лишь сильнее убеждался, что Кавех в его жизни был незаменим.

Работа архитектором никогда не была чем-то лёгким. Это не: "нарисовать красивый домик и всё". Там чертежи, рассчёты, знания подходящей земли для возведения, понимание того, что действительно нужно для жилья, а не только для красоты, и прочие проблемы. Сколько бы ты красивых дворцов не нарисовал, если они не понравятся клиентам или рухнут в первый же день, их смысла нет. Морока от заказов, и стресса заставляет углубляться в рисунки с головой. Всегда нужен тот, кто может спасти от переработки.

Вы точно думаете, что настоящие учёные заняты максимально серьёзными проблемами? Тогда, наверное, вы не видели личную проблему аль-Хайтама. Эта история о пропаже, немного о голубях, смазке и о фокусах с морой.

Вернувшись домой после праздника Аль-Хайтама ждала лишь глубокая тишина. Быть может Кавех уже спит, но тогда почему его нет в своей комнате?

— Если бы я хотел сделать тебе больно, я бы осколок глубже вогнал, — нахмурился Аль-Хайтам. — Закрой рот и не дергайся. — А ты прям и ждешь, чтобы я замолчал, — фыркнул Кавех.

- Ну что, спасли ли твои ноги от ночного мороза пустыни дорогие тапки? И кто же теперь спасет тебя от простуды? - Красота требует жертв, вот я и пригодился, - стараясь сохранить позитивный настрой, ответил Кавех, однако шутку никто не оценил.

Хайтам постоянно забывает о том, как Кави на самом деле дорог ему.

Последнее заседание мудрецов длилось почти тринадцать часов, Аль-Хайтам хочет просто наконец-то оказаться дома, а Кавех — дурак, который ничего не понимает (или понимает слишком много).

Кавех, может, и любит себя больше, чем можно себе представить, но у всего есть обратная сторона.

Итэр заметил странности между этой парочкой ещё в самую первую встречу с ними обоими. Если быть точнее, то как раз в предверии праздника, когда сам путешественник по просьбе Нилу навещал всех приглашённых. И тогда, в доме Даэны, он впервые увидел Кавеха. Который внезапно оказался не просто каким-то учёным, который не ладит с Аль-Хайтамом, а его сожителем.

Аль-Хайтам не может понять, почему Кавех до сих пор живет в его доме.

– Хайтам… Я уставший пришел домой после долгого пути. Купил нам вина на вечер. А наткнулся на закрытую дверь. И даже запасных ключей не было. Зачем мне дальше возвращаться в этот дом, если меня тут не ждут? Почему я должен смотреть на других и завидовать? Почему кто-то счастлив, а я – нет?

Кавех тёплый снаружи. Он светится как солнышко весной: не обжигает своими лучами, но дарит достаточно тепла, чтобы согреться, просто находясь рядом. Кавех холодный внутри. Он устал отдавать своё тепло тому, кто в нём не нуждается.

Лучшая политика – это игнорировать идиотов. Представлять, что их не существует и продолжать жить. И это было бы наверняка лучшей тактикой, если бы не одно огромное но.