— Как твой персональный кошмар, я должен быть интересным и многогранным, — усмехается Блэйд, на что Дань Хэн выразительно выгибает брови. — Если многогранность заключается в изощрëнности моего убийства, то лучше не надо.

Дань Хэн устал... Каждый день опасаться, что его из-под земли достанут. Каждую ночь засыпать с осознанием, что беззащитен перед своими страхами. Каждый раз… смотреть на Вельта и Химеко и бояться, что они могут пострадать из-за его прошлого, которое неумолимо идëт по пятам. Дань Хэн должен бросить вызов страхам снова. Хотя бы ради безопасности экипажа, который ему поручено хранить. Ради семьи.

Лофу Сяньчжоу встретило Дань Хэна тишиной, ощущением угрозы в воздухе и вспыхнувшей болью меткой. Словно шею укусила змея и впрыснула яд, разошедшийся по всему телу огненным потоком; Дань Хэн прижал ладонь к шее и прислонился к стене, зажмурился — перед глазами все поплыло, слилось в единую пеструю массу. Блэйд был в Лофу. Блэйд был совсем рядом.

Но до этого момента Цзин Юань мечтает только об одном: ещё раз, хоть на мгновение увидеть насмешливые алые и хладно-бирюзовые глаза его возлюбленных. Хотя бы раз. В последний раз.

Дань Хэн не спит. Очень долго не спит. Или старается не спать.

Если ты готов выслушать, то мне есть что рассказать.

Келус, зайдя в комнату, обнаружил, что Дань Хэнов теперь два. Один - тот, кто был с ним все это время и второй - тот, кто пробудился в нем совсем недавно. Конечно, они договаривались провести этот вечер вместе, но он теперь не уверен, с кем из них...

Конец путешествия на Лофу сильно потрепал всех. Многое пришлось переосмыслить, в том числе, и отношения. Между Келусом и Дань Хэном повисает недопонимание. Чтобы избавиться от него, Келус решает разобраться в том, кто же такие видьядхара, но, неожиданно для себя, натыкается на отголоски прошлого, старательно спрятанные чужими руками.

Дань Хэн сидит на его кровати и читает очередную книгу, сложив ноги на подобие позы лотоса, или как там она называется, парень уже не помнит. На нём нет его излюбленного пояса и плаща, а причёска уже не выглядит такой аккуратной, из-за чего на лицо небрежно спадает пара тёмных прядок, выбившихся из общего объёма. И весь он такой по-особенному домашний, что Келусу с трудом удаётся удерживать себя от широкой глупой улыбки на половину физиономии. Он и правда дико соскучился.

Что, если бы Экспрессу пришлось задержаться на космической станции чуть подольше, а исследование третьего мира Виртуальной Вселенной не прошло так гладко, как планировалось? Келус, к сожалению или к счастью, может дать ответ на этот вопрос.

Экспресс готовится к прибытию на Лофу Сяньчжоу. А Келус никак не может выбросить из головы голосование, которое пошло не по плану. Прежде, чем отправиться дальше, он хочет хотя бы поговорить с Дань Хэном о прошлом.

Келус ловит себя на мысли, что ему хочется зайти чуть дальше в отношениях и попробовать что-то новое.

— Просто чтоб уточнить, — бросает Келус с настолько дерьмовой ухмылкой, что Дань Хэн мгновенно понимает: ему не понравится вопрос, — а встает у тебя на меня тоже из желания спасти или там есть другие причины?

Может быть, сладкая ложь иногда все-таки лучше горькой правды? Может быть, правда, что время лечит? А может и не только время...

У Дань Хэна длинные волосы, хвост и очень чувствительные рога. Келус обескуражен, но очень любопытен.

Не было ничего правильного в том, что он приходил в комнату, полную книг и молчания, чтобы найти там успокоение. Не было ничего более исцеляющего, чем чужие прикосновения, и более уничтожающего, чем равнодушие во взгляде. Келус искренне лжёт самому себе, что его устраивает такой расклад.

Стоило ему увидеть выражение лица Дань Фэна и в груди тут же разгорелось неведомое прежде чувство неизбежности. Инсин застыл у входа, вцепившись в дверную ручку. Он не решался сделать и шага, хотя нёсся сюда со всех ног как только получил сообщение о том, что нужна помощь. Когда он распахнул двери, то понял: что-то действительно случилось. Только совсем не то, что он предполагал.

Дань Хэн думал, что эта нежность слишком неправильна. Разве Блэйд не должен быть груб с ним? Ненавидеть его? В конце концов, именно он сделал его бессмертным, отравив его жизнь безумием и невозможностью покончить с этим. Именно он множество раз пронзал его сердце копьём — Блэйдом и изготовленным. И было одним сплошным кошмаром забыть его.

Блэйд ненавидит Пожирателя Луны. Именно поэтому довольствуется его развратным видом.

Нить — правда? Нить — ложь. Сбой во вселенной, обрекший на несчастье. От судьбы бежать можно вечность, только в конце концов тебя найдут по следам. Проследуют по опавшим изрезанным лепесткам души, по красным оборванным клочкам. По волокну, до скончания веков прикованному к телу.