Фен синь омега, на небесах об этом знают не все, тем сложнее Фен синю во время течки. Потому что вокруг одни альфы.

У Му Цина во время секса мерзнут ноги, и Фэн Синь прерывается, чтобы надеть на него носки.

Их поцелуй напоминает свободу от рамок, что они сами себе установили, напоминает о том, что это, возможно, становится первым и последним… Напоминает то, что такое они могут позволить себе лишь в другом состоянии.

Фэнцины создали страсть. Сборник чувств.

И хвала Небесам, что осколки души Ци Жуна не могли разговаривать, иначе бы их сбор превратился в персональный ад Лан Цяньцю.

В наши дни легенда в Царстве смертных рассказывает о том, как Восточный Бог Войны накормил кровожадного Лазурного Фонаря своей собственной плотью, чтобы свирепое Бедствие больше не причинило вреда людям. В этой легенде, к счастью, не упоминается, что это кровавое жертвоприношение обычно происходит в спальне, и когда они оба находятся в более или менее горизонтальном положении.

Лан Цяньцю ненавидит Лазурного фонаря в ночи, но очень любит своего приемного сына. С помощью одного хитрого советника он решает наладить отношения, но все заходит намного дальше, чем планировалось изначально.

Се Лянь втайне от Хуа Чэна делает татуировку с его именем, но боится рассказать о ней мужу. К чему же может привести недопонимание и при чем здесь истории любви Четырех великих бедствий?

Прогуливаясь по Небесной столице, Ци Жун решает невзначай заглянуть во дворец Его Высочества наследного принца Тайхуа, и эта идея заканчивается очень приятно.

Его высочество Тайхуа такой пронзительно красивый, как можно не влюбится в такого? Но такой реакции тела лазурный демон точно не ожидал.

— я ненавижу тебя всем сердцем, мерзкий ублюдок. — я ненавижу тебя больше, но какой же ты, мать твою, вкусный.

В духовной сети общения всплыло сообщение: «Лазурный фонарь учиняет беспорядки вблизи земель Его Высочества Тайхуа. Сердечно просим его взять ответственность». Послышался коллективный изумлëнный вздох.