Фанфики с участием: "Papa Emeritus III/Omega"

Он открывает глаза в месте, которое никогда до этого не видел и не знал. Всё вокруг, и даже собственное тело, кажется чужим и незнакомым, словно бы не его. Он осматривает свои руки: пальцы легко трясутся, и он, кажется, нервничает; вокруг так много людей, но среди них – никого, кто был бы ему хотя бы отчасти знаком. *** АУ, где Терзо теряет память и избегает своей прелестной смерти Upd: временно заморожен. Работа обязательно будет дописана, но автор немного выпал из жизни

Он открывает глаза в месте, которое никогда до этого не видел и не знал. Всё вокруг, и даже собственное тело, кажется чужим и незнакомым, словно бы не его. Он осматривает свои руки: пальцы легко трясутся, и он, кажется, нервничает; вокруг так много людей, но среди них – никого, кто был бы ему хотя бы отчасти знаком. *** АУ, где Терзо теряет память и избегает своей прелестной смерти Upd: временно заморожен. Работа обязательно будет дописана, но автор немного выпал из жизни

Гули Пятого Элемента были редки, а потому особенно желанны многими; и оттого необычно было видеть Квинтэссенцию, самовольно прислуживающего людям, а если точнее, одному конкретному человеку.

Примо дал совет : "Держи демонов в узде." Секондо сказал : "Демоны тревожат тех, кто сам тревожит их." Сестра императора лишь пожелали удачи короткой фразой: "Ни пуха, ни пера" А Терзо ответил лишь двумя словами всем троим : "К черту!" (Au! Папы никогда не ладили с безымянными гулями.)

Омега знал Терцо не таким, каким его видели другие. Он помнил его становление и то, как сложно было найти хоть малейшую связь с будущим Папой. Тонкая нить судьбы всё же связывает их.

Смерть Папы Эмиритуса III пошатнула состояние всех гулей, но одного из них особенно. Омега абсолютно подавлен, он не имел никаких надежд и мечт, его окутало отчаяние. Но однажды в дверь постучали...

Папа давно подозревал, что с одним из его Гулей что-то не так, но присматривался, анализировал и старался не выдавать свои мысли вслух…

Омега узнал о гибели Терцо и гуль решает проникнуть в Хранилище реликвий, чтобы...

Боль душевная физичекской обратилась.

В мрачной Линкопии, где время искажает память о прошлом, под покровом ночи происходит настоящее преступление. Покойное тело Третьего Папы было украдено из склепа, из кровожадных рук Духовенства

"Полюбовного договора и патриарх не отнимет" - пишет В.И.Даль. Как же точно цитата описывает события, завертевшиеся вокруг пьяного Альфы! Их договоренность с Омегой приводит гуля не абы куда, а прямиком в покои Папы. Чем же кончится похождение самозванного шпиона?

Дождь стучал по витражам аббатства. Так слабо и мелодично. Будто пел, восхвалял приход низшего существа в мир людей. Воспевал песню.. или, может, наоборот— пел колыбельную, чтобы успокоить существо, что совсем не понимало, что же забыло в этом мире. Что принесло его сюда? Кто этот человек.. такой не высокий. Совсем молодой, но гордый. Его грим с черными чертами черепа, растрепанная прическа и длинный балдахин, что скрывает тело под собой..

Жизненный цикл Терцо идет, нет, даже бежит. Мужчина добивается того, чего он хотел: Фанаты, слава, работа. Но остается ли он таким же счастливым, возымев все эти вещи?

Терзо решил глупо пошутить над одним из новопришедших гулей. Кто знал, чем это могло окончится.

Никто и не подозревал, что произошло в комнате бывшего Папы. В Средневековье до этого нет дела. Тогда умирали каждый день, а в достатке жили только крысы.

Потеря любимого человека всегда ведет за собой вереницу из эмоций.. отчаяние, ненависть, принятие и в нашем случае— смерть. Хотя как сказать «смерть».. изгнание.

Омега не подозревал о том, как сильно его уход из группы может сказаться на Третьем Эмеритусе. Он ещё совсем не осознавал, какую огромную ошибку совершил, бросив Папу в самый неподходящий момент, когда Духовенство во всю строило заговор по его устранению

Итальянская кровь Папы, промерзшая до дна, обманутая воспитанием, дисциплиной, привычкой, оттаяла и взыграла с новой силой. Полуденные страсти, долго сжатые в душе, не разбуженные ни льстивыми обожателями, ни двуличными слугами, рассеяли небытие на свету, и очнувшись от векового этого сна, он теперь не знал, не слышал, не чувствовал ничего, – кроме непреодолимого, зверского голода.

Никто больше не посмеет его отнять.

Идеи Папы были всегда по-своему безумны, а Омеге посчастливилось стать тем, кто будет его идеи испытывать на себе. Так обычная ночная прогулка может перерасти в настоящий пожар, как оказалось потом, специально спланированный.