Рука Минхо хватает его за член, и Джисон думает «а как я здесь вообще нахуй оказался?» Это не игривое и случайное касание в приступе коллективного бешенства на двоих, когда они кусают друг друга за задницы и рычат, хихикают и щекочут. Это вполне себе осознанное прикосновение ладони к члену — долгое, как будто ласковое, с продолжением. Джисон в ахуе.

Минхо лежит на коленях Джисона, залипая в телефон, который держит в вытянутых руках, и стучит пятками по дивану, вытягивая ноги. Джисон же смотрит в свой гаджет, но, очевидно, без особого интереса. — Сядешь мне на лицо? — звучит настолько неожиданно, насколько вообще возможно. Минхо дёргается, роняя из рук телефон. Ему кажется, что послышалось. Неужели такой чистый неопороченный рот Джисона мог сказать нечто подобное?

Минхо никогда не умел держать язык за зубами. В этом и заключается его основная проблема. Из-за которой он сейчас задыхается от нехватки воздуха, прижатый к стене мужского туалета ебучим-Ханом-блядским-Джисоном.

Их график — сука, а менеджеры компании — садисты, но работу в их сфере не то чтобы выбирают, поэтому жаловаться не имеет смысла. Только трата времени. А ведь время можно потратить на себя. И на Джисона.

Только Ли Минхо имеет удовольствие лицезреть, как строгий профессор английского языка превращается в стенающую лужу, обкатывая его лицо.

— Стопроцентный негодник? — лицо Джисона искажается. — Ого, каждый день узнаешь о себе что-то новое, — смеется он на камеру. — Очень высокий процент ванильного секса, — говорит Чан, указывая на Минхо. — У нас двоих как у старших. Минхо пожимает плечами, когда экране зеленым высвечивается «100% vanilla». — Я скучный. ИЛИ: Stray kids проходят БДСМ тест. Результаты: «100% негодник» у Джисона и «100% ванилька» у Минхо.

— Ничего. Я просто, — Джисон облизывает губы, — Я не могу представить эту… Эм. Позу? — Какую? — Минхо спрашивает. — Трение о бёдра. — Это как с подушкой, — Минхо говорит, поражая Джисона, — Только на другом человеке. — Что? — Ага, — и Минхо просто кивает, как будто бы это рутинный разговор. Может быть между другими лучшими друзьями – да, но не между ними. По крайней мере, до этого момента. — Погоди, ты никогда так не делал? Или Джисон скачет на бёдрах Минхо.

Боже, когда он лайкал анкету этого парня в приложении, то даже не думал, что с ним будет так хорошо.

— Это и есть та милая вещица, за которую ты хочешь поцелуй? — Н-нет, есть ещё кое-что. — Ты не умеешь разочаровывать, да, милый мальчик?

Минхо шуршит этикеткой, закидывая конфету в рот, и губы облизывает. Джисон смотрит на него мгновение, прослеживая движение языка. — Хён, дай сосульку, — просит и протягивает ладонь. Ли усмехается, зажимает карамельку, которую крутил на языке, между зубов и тянется лицом к Хану. — Возьми. — Дурной совсем? — Джисон хмурится, слабо стукая его по плечу. — Ну вот что ты сделаешь, если я возьму её, м?

Джисон лежит на боку, его ноги переплетены с ногами Минхо, а простыня сброшена к талии. Минхо прижимается сзади, грудью к его спине, обвив его талию одной рукой. Его член глубоко внутри — толстый, горячий, твердый, — он не двигается, просто находится там, словно на своем месте, удерживаемый нежным сжатием тела Джисона. Они подходят друг другу идеально.