Университет AU, где Чуя узнаёт, что мальчик, с которым он по пьяни целовался в ночь посвящения в студенты, — его новый сосед по комнате. Его высокомерный, самодовольный, очень натуральный сосед по комнате. И каждый из парней убеждён, что другой пытается разрушить их жизнь, заставляя сходить с ума.

По весне орут коты, аллергики и сдающие экзамены старшеклассники.

Мегуми Фушигуро снова не мог заснуть. Последние несколько дней выдались на редкость загруженными, из-за чего каждая ночь превращалась в медленную нескончаемую пытку.

— Пожалуйста? Оу… подожди, ты думаешь, я буду убивать людей? — Сукуна издал смешок, почти как Юджи, только этот был глубже и в принципе… другой. Ну и, конечно, ты думала, что он собрался убивать, он же Рёмен Сукуна. — Нет, нет. Я собираюсь насладиться кое-чем другим, — он ухмыльнулся, глядя на изгиб твоей груди под формой.

Сукуна постоянно флиртует с девушкой Итадори. Однако, по мнению самого Сукуны, она принадлежит и ему.

Сосуд... внутренне сосуд выше всяких похвал — сильный, невероятно выносливый и крепкий, хоть в каком-то смысле и бестолковый. Сукуна даже хвалит себя за то, что поможет своему новому телу взрасти в несколько раз, подогнуть весь этот прогнивший наглухо мир под себя, потонуть в непроглядной резне, а потом... — Чего ты так обмер? — сквозь вату слышит демон. — Никогда женскую грудь не видел, что ли? Чем вы там у себя в пекле вообще занимаетесь?

Они молоды, свободны и готовы выпить этот мир до последней капли. Она любит эксперименты и не знает, что им по шестнадцать.

ты хотела сделать сюрприз своему лучшему другу, мегуми, который собирался вернуться домой из колледжа, но события приняли ужасный поворот.

В первый раз их встреча произошла, когда он еще был человеком. Во второй он уже был Королем Проклятий. Когда же они встретились вновь, спустя добрую тысячу лет, Сукуна пообещал забрать ее себе. Но что если не только он?

Саске уже полностью погрузился в воду. Половина лица была запрятана под водной гладью, но черные омуты внимательно наблюдали за последующими действиями девушки сквозь неплотную дымку пара, выжидая. Эцуко хмыкнула. Это была игра. И она в ней победит.

Весь потрёпанный, не только последним боем, но и жизнью, он зашёл в заброшенный, как он тогда думал, маленький дом. Какого было его удивление, когда перед ним встала низкорослая девушка, держащая в дрожащих руках самый обычный кухонный нож.

Лето. Для кого-то это проблема. В Конохе была безумная жара.

Было в них что-то кошачье – пантера или рысь – хищное и опасное. Такие мужчины ей не нравились: слишком сильно любили себя и заставляли всех вокруг делать тоже самое. А она не терпела двух вещей – когда ее принуждали к тому, чего она не хотела, и кого-то любить. Комбо, блять!

Каким бы спокойным и радостным не казался Майки, он страдает, но не показывает этого никому, и твердит всем подряд, что всё в полном порядке, хотя это далеко не так. И однажды в его жизни появляется она, та, кто перевернула его жизнь с ног на голову: его тихая гавань, его успокоительное, его опора и поддержка. Но сможет ли он сохранить это своё счастье? Останутся ли они в итоге вместе?

В мире, где должна править любовь, царит безумие. И если ты нашла своего соулмейта - сначала убедись в его адекватности. Если он одет в характерную форму, вечно сует руки в карманы, а за спиной у него стоит ещё куча таких же дружков - ущербно-выскобленных, хамоватых, плюющих себе под ноги, - просто беги. Беги сломя голову. И не останавливайся.

Твои колени свободны?

Эти жадные, торопливые, смазанные от нехватки воздуха поцелуи стали семенами, влажные отпечатки ладоней на коже — водой, полившей ее тело-почву. И внутри Айри выросли цветы — вместо трепета крыльев бабочек в животе она ощущает жесткие стебли, опутавшие ее ребра. Вместо ударов сердца — звон колокольчиков.

кто первым влюбится, тот проиграл.

Джун Фукуи – тощую девчонку с ободранными коленками и разноцветными глазами, Ран встречает в четырнадцать, за полгода до исправительной колонии. На ее лице – страх и внушительная ссадина, юбка помята и испачкана, а возле ног, обутых в потрепанные старые кроссовки, стоит баночка «ДайДо Умэ» со вкусом сливы. Она пялится на него наглыми глазами – один голубой, второй – зеленый; и первое, что испытывает Ран – глухое раздражение.

Ран оставляет на прикроватной тумбочке пистолет и обезболивающее со стаканом воды. Её выбор — не его прерогатива. Но его ответственность. И каким бы ни было её решение, он его примет.