Хедканоны [Магическая битва]

Сукуна наклонился и по-детски надул губы: — А что такое? Годжо как-то обидел такую малышку?

— Просто скажи, если тебе плохо. И если думаешь, что сходишь с ума – тоже скажи, — Гето говорит в стену, заставляя Сатору напрячься всем телом. — Знаешь, я ведь тоже смотрю только на тебя.

Итадори Юджи ужасно не везёт. Несчастное проклятие постоянно нависало над ним, как бы он ни пытался это исправить, но случайно натыкается на святыню и, наконец, решает помолиться, какой вред это может причинить?

Гето не помнит точно, как всё началось, и почему они слиплись вот так, втроём. Откуда взялась эта связь. Как будто однажды, дурачась в пустой классной комнате поздним вечером, они в шутку боролись, и Сёко, смеясь, столкнула их с Сатору, приказав: - Теперь поцелуйтесь! - И они почему-то послушались, а ей почему-то понравилось. И кто-то, наверное, Годжо, подтянул её к ним, и нашёл под формой её мягкую грудь, и всё вышло само собой.

Иэйри знает, что третья лишняя в тандеме Годжо – Гето. Знает, но продолжает общаться с этими влюблёнными идиотами, зовущимиcя друзьями. Годжо Сатору и Гето Сугуру – звучит хорошо, даже слишком. Сёко Иэири – звучит инородно.

Я мечтала об этом дне очень давно, и я была счастлива, когда Сугуру и Сатору соблазнили меня. И я стала ещё счастливее, когда они оба поцеловались, пока ублажали меня.

Я была лучшей подругой Сатору с самого детства даже тогда, когда он изменился и стал чёрствым. И я терпела его выходки до тех пор, пока он и его друг Сугуру не заперли меня в комнате на большой вечеринке и не начали раздевать меня.

Выбрав "Правду", я была вынуждена сказать о том, что для меня привлекательны и Чосо, и Годжо в равной степени. И я даже предположить не могла, что предложит Годжо, когда во второй раз я выбрала "Действие".

Первая любовь, ночное признание и горячее утро.

Хигурума не любит, когда его отвлекают. Ещё больше Хигурума не любит, когда его возбуждают во время напряжённой работы. Очень-очень не любит. Так сильно, что воспоминания о давней порке отзываются фантомной болью на бедрах.

Что может быть лучше эротического танца для любимого мужчины?

Сборник истории из дневника Сугуру, столько всего интересного там накопилось)

— Покажи им фотографии, которые я сделал, — шлёпает по заднице, борясь с желанием облизать красные следы от шлепков. — Расскажи, как я оттрахал тебя.

Что будет, если работать на Фушигуро и делать все в укор ему? Правильно: ничего хорошего.

— Покажи насколько. — Люблю? — Ненавидишь.

– Вы должны подавать пример детям, ведь кто, если не мы, не правда ли, Кобаяси-сан? – он смотрит в её хорошенькое испуганное личико, которое она отвернула в сторону. Носик насупила, пока зажмурилась. Картина – мед. – Как родитель, Кобаяси-сан, – продолжает он, – я очень, очень сильно в вас разочарован…

Сатору не просто проблемный мальчик, он — ходячая катастрофа, гремучая смесь яда, спеси и подросткового максимализма в худшем его проявлении. Но что-то в Сугуру есть такое, что способно подчинить и поставить на колени любого — то ли дело в его холодном, строгом взгляде, то ли в ледяном тоне его голоса, то ли в манере преподавания. «Умница, Сатору» слетает с его уст, и Годжо теряет последние остатки своей мнимой гордости между чужих ног.

Сатору отчаянно нуждается в массаже, так к кому же лучше обратиться, как не к знаменитому массажисту Сугуру, который по счастливой случайности является его лучшим другом, в которого он влюблён уже более десяти лет?

Проникнуть в голову великого Рёмена Сукуны без последствий? Нереально. Руна убеждается в этом на собственном опыте.