1×4 // - Мы вместе должны держаться, - Гена оглядывает обоих, - друг за друга, а вы из-за какой-то херни поубивать готовы. Короче, блять, посидите подумайте. // Примирение Кисы и Хэнка после дуэли.

-Знаешь что мел сказал?-Не отвечайте злом на зло, иначе злу не будет конца. В ответ на обиду поцелуй врага своего, и ему станет намного больнее.

– Ну показывай, Джоконда, – сказал Хэнк, немного сбитый с толку. Молчащий Киса – это было что-то из разряда фантастики. – Тебя подменили инопланетяне? Ты заболел? – он даже потянулся потрогать кисин лоб, но тот закатил глаза и отпихнул руку. Киса утащил его на кровать, сел напротив и, вскинув подбородок гордо, высунул язык. Посередине красовался небольшой металлический шарик.

— Люблю тебя, мудак, - плечами пожимает, словно не в любви лучшему другу сейчас признался. - Двигай жопу, Хэнк, спать хочется, блять.

А что было бы, если после убийства бармена Киса остался бы наедине с Хэнком? Описанные события происходят в конце четвертой серии, на вечеринке. Киса даже не думал от том, чтобы взглянуть в его глаза сейчас — не хотел видеть в них что-то другое. Хотел лишь грубо отсосать Хэнку и ввязаться в еще одну драку с ним.

когда хэнк собирался на вечеринку, он, честно, не планировал совершать глупостей.

— Как? Как ты можешь любить меня? Я буквально избил тебя ни за что — говорит Кислов, а Хэнк лишь садится, шипя от боли и смотрит так нежно, что сердце Кисы на миг останавливается — Как видишь, могу. Я тебя, дурака, любого люблю. И бьющего мне ебало, и обкуренного, и трезвого, и грустного, и весёлого, любого.

про прикол хенкин думает лишь ровно до того момента, пока кислов не встает на колени и не смотрит, казалось, прямо в душу. тут уже парень начинает чувствовать,как в горле встает ком. все что остаётся - это пялиться на кису, который томным взглядом смотрит в глаза, будто дыру прожечь хочет в бедном юноше.

Он понимал, что скорее всего Хэнк так и желает ему смерти, чтобы легче всё разгребать было, но чтобы так в открытую. Слёзы накатывают с новой силой. – Кис, глянь на меня. – Тихонько проговаривает Хэнк.

- Вань, если ещё раз, ты будешь толкать наркоту, чтобы увидеться со мной, получишь 20 суток с алкашами, а не это, от любимого парня, улыбаясь, говорит Хенкин, легко шлёпая по попе ошарашенного Ваню.

Au.Соулмэйты Боре всегда было интересно, что же у друга под кофтой

– А я, может, хочу, чтобы ты мне в башку шмальнул. Слабо, а? Давай, прям сюда! – Киса в два шага дошел до Хэнка вплотную и ткнул пальцем себе в лоб. – У тебя это охуенно получается!

Боря уснул за минуту. А Ваня всю ночь лежал и смотрел в потолок, улыбаясь. Теперь 14 февраля- его любимый праздник.

От бубнежа Борю отвлек деликатный кашель. Он-то в комнату так и вошёл с закрытыми глазами, а открыть забыл. Открыл и ахуел от вида, перед ним открывшегося: Кислов сидел задом на подушке с растопыренными ногами и, блять, без одежды. Вообще.

Киса ему эти три туза в жопу засунет.

киса влюблён в хенка, но боится признаться..

Подкатывать к Кисе — себе дороже. В этом Хэнк убедился, и не раз. Однако он всё равно пытается. Не зря.

Но несмотря на внимание и интерес со стороны всех, он мечтал лишь об одном, чтобы это внимание дарил ему Хенкин.

— кис, ты как? порядок? — хенк своей заботой душит его сильнее, чем трава покупная с улицы. — я в ахуенном порядке, спасибо, что спросил, мудак. — язвит, прикрывает дрожащий голос, чтобы не выдать огорчения на весь мир этот несправедливый.

нос в кокаине, ты еле стоишь. я тот секрет, что ты не утаишь. я думаю о тебе слишком много.