Шан Цинхуа никак не ожидал, что его похититель окажется таким безумно красивым мужчиной. Черт возьми, он ведь собирался выйти замуж, и похищение определенно не было тем, чего он ожидал в первую брачную ночь.

Шэнь Цинцю совсем уж было расслабился в своем домишке вдали от шумных учеников и надоедливых лордов, когда Система присылает ему ещё одно задание, от которого никак не отвертеться. [ Задание: «Провести опрос у второстепенной пары "Мобэй Цзюнь/ Шан Цинхуа"» Награда: +300 баллов расположения, +150 очков крутости. Скорее приступайте к выполнению задания. Желаем успехов! ] — Братец Самолёт, это что за подстава? Второстепенная пара?!

Шан Цинхуа не ждёт, что Мобэй Цзюнь бросится к его ногам или заплачет в знак благодарности, но не ожидает, что Мобэй Цзюнь уставится на него, нахмурившись так, словно **разочарован**! Как будто Шан Цинхуа только что не предложил отдать большую часть своего наследства! Бесплатно! — Шан Цинхуа. — Я знаю, знаю. Ты собираешься сказать, что юристы говорили мне миллиард раз, что... — Я тебе нравлюсь, — говорит он, что, хоть и не является неправдой, определенно **не то**, что говорили юристы.

С тех пор, как советники Мобэй-цзюня стали настаивать на наследниках, Шан Цинхуа и мечтать не смел о спокойной жизни. До определенной встречи...

[Поздравляем! Система успешно обновлена!] Где Шан Цинхуа, состоящий в счастливом браке со своим королём, включает опцию "без фильтра", не зная, что именно она означает.

Он создаёт Шан Цинхуа только для себя. __ ИЛИ: Мо Бейцзюнь — автор. Шан Цинхуа — персонаж.

Не похоже, что Мобэй-цзюнь здесь для того, чтобы разобраться с Лордом Пика Аньдин. Он, скорее, похож на... На мужчину, который последовал за своей убежавшей женой, чтобы вернуть ее домой! Только в этом сценарии нет жены! Здесь только **Шан Цинхуа**! А Шан Цинхуа точно не может быть для Мобэй-цзюня... — Муж, — шепчет Мобэй-цзюнь. /—/ (ИЛИ: Перезагрузка системы вызывает временную амнезию)

Шан Цинхуа остро нуждается в мёртвой зверушке для курсовой, но на усыпление и вскрытие этого голубоглазого дьявольского отродья рука не поднимается.

От автора: Чтобы выплатить долг, который ему не принадлежит, Шан Цинхуа соглашается выйти замуж за парня, который настолько холоден и непоколебим, насколько богат. От переводчика: Накал страстей, метания Шан Цинхуа, холодный страшный Мобэй Цзюнь, саркастичный брателло Огурец, гаденький Лингуан Цзюнь … - здесь есть все.

А ведь читатели просили Сян Тянь Да Фэйцзи включить «пляжный эпизод» в свою новеллу по-хорошему! Что ж, придется матушке-Системе позаботиться об этом! — «Пляжный эпизод»?! Народ, это мир заклинателей!!! (и вообще, это клише из японского аниме...) Не бегать же мне самолично нагишом по пляжу с Мобэй-цзюнем?! Система: [...ЗАПУСКАЮ КВЕСТ!!!]

Прикрыв глаза, он придвинулся чуть ближе и положил свои маленькие шаловливые ручки на крепкую и твердую грудь демона. Занятый «лечением» Владыка совершенно не обращал внимание на то, что тонкие пальчики человека, исследуя каждый бугорок и впадинку, вольно гуляли по его открытому торсу. Да, Шан Цинхуа бессовестно воспользовался ситуацией, но кто на его месте смог бы устоять от искушения?!

Шан Цинхуа знал, что все произойдет так, как произошло. Как будто он это спланировал. Слова, сказанные Шан Цинхуа при их первой встрече — заявление о том, что он создатель этой вселенной — звенят в ушах Мобэй-цзюня. Шан Цинхуа — не обычный бог, посланный познать несчастья в царстве смертных. Шан Цинхуа — нечто большее, гораздо большее и... Он **выбрал** Мобэй-цзюня. (Или: АУ, где Мобэй-цзюнь считает Шан Цинхуа богом)

Часть 1: Шан Цинхуа похищен, и Ло Бинхэ предлагает ему работу, Мобей-цзюнь — плата за эту работу. Часть 2: Мобэй-цзюнь — нехороший человек, который учится заботиться о своем новом Хомячке.

Братец Самолет попадает под действие своего сюжетного двигателя.

Среди людей с севера существовала легенда, что ведала о волчице, однажды спасшей дитя, а затем родившей своего ребенка, что не был схож ни с человеком, ни с волком, однако одновременно являлся и тем, и другим. Северяне все шепчутся о происхождении легенды и платят дань в их честь. Шан Цинхуа полагал, что это достаточно интригующая история и планировал использовать ее как основу для своего произведения. Когда он решил пересечь черту Северного леса то получил больше, чем мог себе вообразить.

Шан Цинхуа быстро кивнул, расслабляясь только тогда, когда Мобэй Цзюнь оторвал свой взгляд и лег обратно на бок, подпирая рукой голову. Потом он сделал кое-что действительно ужасающее — он улыбнулся, его губы изгибались таким образом, будто это было самим порождением злобы, посылая вдоль спины Шан Цинхуа дрожь. — Хорошо. Остальные не должны касаться того, что принадлежит мне. (или 5 раз, когда Мобэй Цзюнь удивил Шан Цинхуа + один раз когда Шан Цинхуа удивил его.)

Шан Цинхуа любил то, каким собственником был Мобэй-Цзюнь. Это было великолепно — быть желанным. Но это было не так великолепно, когда Мобэй-Цзюнь решил наглядно продемонстрировать то, каким собственником он может быть, перед всем собранием. Разве одного мёртвого лорда, боровшегося за внимание Шан Цинхуа, не было достаточно?

С недавнего времени на Мобэй Цзюня нашла напасть. Сны. Непристойные, сладкие сны. Они наносили практически ощутимый урон, так что являлись самой настоящей напастью. «О чем же эти сны? — поинтересуется читатель. — О какой-нибудь прекрасной демонице, охомутавшей сердце холодного Мобэй Цзюня, или симпатичном суккубе, на худой конец?» О, нет. Все сны Мобэя были о человеке. Самом близком Мобэю человеке, ради которого он был готов варить лапшу и таскать за собой старые тележки.

АУ!Мошан, где Щан Цинхуа частично или полностью умеет превращаться в мышонка, и в таком образе прокрался в спальню к Мобэю.

Не так давно у Его Величества появилась дурная привычка. Он постоянно дарил Шан Цинхуа украшения.