Жан всегда видел свою жизнь поделенной на два отрывка: первый, когда он любил Кевина Дэя, и наслаждение с болью были связаны неотрывно; и второй, когда он любил Джереми Нокса и обнаружил, что можно любить кого-то без нависающей над головой угрозы. Но в последние пару месяцев эти отрывки перетекают друг в друга. Тени прошлого мешаются с его настоящим, и Жан думает, что, возможно, это начало какой-то совершенно новой главы. Начало чего-то другого. Чего-то хорошего.

Жан и Джереми приходят на концерт их лучшего друга Кевина — пианиста, который выступает со своей новой программой. Вот только перед выступлением Кевин выглядит чересчур взволнованным, а потом посвящает Джереми и Жану одну из своих песен — и песня эта оказывается вовсе не о дружбе.

Когда Джереми, Жан и Кевин переезжают в свой собственный дом и начинают обставлять его, выясняется, что по-настоящему толк есть только от самого Джереми, — однако Кевин и Жан всегда готовы побыть молчаливой поддержкой и повосхищаться своим бойфрендом со стороны.

Джереми, Кевин и Жан решают вместе приготовить имбирное печенье на Рождество. Кажется, только печеньем дело ограничиться никак не может.

Джереми нет дома, потому что он улетел в другой город на матч, и Кевин с Жаном, конечно, очень скучают, но определённо знают, чем себя занять. И потому Жан звонит Джереми по видеосвязи, ставит телефон поодаль и склоняется к Кевину за поцелуем, прежде чем сказать: — Мы могли бы просто потрахаться, Джер, но мы решили позвонить тебе. Так что, пожалуйста, присоединяйся.

— Trois. Deux, — проходит минута, а по ощущениям Кевина — все десять. У него кружится голова от возбуждения, он почти не может дышать — только стонет и плавится от количества прикосновений и любви, которой его окружают. Жан что-то шепчет ему на ухо, но Кевин не разбирает ни слова. Его мозг отчаянно требует разрядки, отказываясь думать о другом, и Кевин отключает сознание, твердя себе, что осталось совсем немного. — Une, — наконец выдыхает Жан ему на ухо, и Кевин жмурится. Отчаянно. Нетерпеливо.

Полёт тянется долгую мучительную вечность. Джереми слушает музыку с закрытыми глазами, Кевин держит его за руку, а его голова — на плече Жана. Они пытаются прижаться ещё ближе друг к другу. Жану спать не очень хочется — скорее, хочется развлечься: все песни уже переслушаны, он не скачал ни одного фильма, читать он тоже не хочет. И он решает, что в качестве жертвы можно выбрать Кевина. Он целует его в висок, и Кевин заинтересованно приподнимает голову. Пожалуй, можно начинать.

— Знаешь, говорят ведь, что если в полночь с тридцать первого на первое загадать желание, то оно обязательно сбудется в новом году? — говорит Кевин вдруг. Жан медленно кивает и делает шаг — ближе, к нему. Его рука касается предплечья Кевина, мягко сжимает, помогая расслабиться. По спине Кевина пробегает дрожь. — Мне кажется, есть ещё одно условие. Загадай желание, и оно обязательно сбудется, если ты будешь со мной.

— Ты можешь, — Кевин отстраняется, глядя на Жана из-под бровей и выбивая у него воздух из легких, — взять меня за волосы. Если хочешь, конечно. Можешь толкаться бедрами. В принципе можешь просто трахать меня в рот, как только я привыкну, — он ухмыляется и снова берет в рот головку его члена. Жан сдавленно стонет, тут же опуская ладонь на его шею и скользя вверх, пальцами вплетаясь в волосы на затылке. Хорошо. Невероятно. Сногсшибательно.

AU, где Жан — мастер маникюра в салоне, куда приходит Джереми, решивший, что ему просто необходимо сделать что-нибудь на своих ногтях. Кто же знал, что его мастер окажется таким привлекательным?

— Не хочешь поговорить об этом? — О чём? — Кевин вздыхает и высвобождается из объятий Джереми, чтобы сесть. Тот подпирает голову ладонью, глядя на него с обожанием. — О… Твоих предпочтениях, — ладонь Джереми ложится Кевину на бедро. Пара секунд напряжения — и он расслабляется под его прикосновением. — Имею в виду, мне будет проще найти к тебе подход, если мы поговорим о том, что тебе нравится. — Ты имеешь в виду, — Кевин сглатывает, краснеет снова, отводит взгляд. — В сексе?

Кевин Дэй ненавидит фотосессии. Именно поэтому он так злится, когда Эндрю дарит ему сертификат в студию, — но всё же приходит в назначенный день и время. Поначалу всё идёт… нормально. Джереми Нокс — первоклассный фотограф, который совершенно точно готов показать Кевину, насколько он красив. Вот только… Внезапно обнаруживается, что Кевин упустил из вида одну маленькую деталь.