Что не так с душой Мегуми, если его соулмейтом оказался король проклятий?

У Мегуми есть хороший друг, а у друга брат. И этот брат большая проблема.

— Не скромничай, шкет. Ты освободил меня от Юджи и посадил на свой поводок так ловко, что я и опомниться не успел, — Двуликий приближается к лицу Мегуми, касаясь своим носом кончика его. — За такое самоуправство придётся ответить.

– Возможно, тебе стоит оглянуться наконец, чтобы перестать уже видеть только моего тупого младшего братца. …Или: АУ, где Сукуна – старший брат Юджи.

До сих пор Мегуми был уверен, что глаза-сердечки – это гиперболизация, созданная специально для сентиментальных манг. Но потом он видит, как Сатору смотрит на его учителя, Гето-сэнсэя… И – нет. О, нет. Мегуми слишком стар для этого дерьма. То есть, да, так-то ему всего лишь двенадцать. Но когда живешь с Годжо Сатору под одной крышей – один год тянет по крайней мере за десять, так что Мегуми уже перевалило за сто двадцать. Как минимум. И потому, еще раз – он слишком стар для этого дерьма.

Сукуна планировал снять этого хмурого пацана у барной стойки лишь на одну ночь, чтобы его стонами и бледной кожей хотя бы ненадолго размыть образ бывшего в своём сознании. Но попав под прицел его мрачного взгляда, Ремён выпадает из пространства, с головой ныряя в пучину под названием Мегуми Фушигуро. И выныривать не собирается ни через ночь, ни через месяц, ни через пять лет, когда они просматривают анкету суррогатной матери для своего будущего ребёнка.

Неизвестный шаман использует технику, чтобы заточить Сукуну во временной петле, а Мегуми рядом случайно затягивает вместе с ним. Теперь они вдвоём в поисках решения, как выбраться в реальный мир.

Ребята из магического техникума играют в Тайного Санту. Помимо обычного подарка, Мегуми получает ещё один свёрток от неизвестного дарителя...

— Мегуми, всë ещё не понял.. — Двуликий задумчиво посмотрел на луну, выглядывающую из-за тюля, — отныне ты мой.

День рождения младшего Фушигуро заканчивается немного не так, как он рассчитывал.

Мегуми создаёт новый сосуд для Сукуны. Теперь с ними нет третьего лишнего. Разве может Сукуна упустить эту возможность?

— Я украду это тело, а потом тебя, — говорит Сукуна. Измотанный засыпающий Мегуми невнятно соглашается.

Соглашаясь на тренировки с Сукуной, Мегуми с самого начала знал, какую цену придётся заплатить.

Итадори и Фушигуро застревают в подсобке. У Сукуны есть секретные приемы, которые он применяет на практике

Каждый месяц Сукуна наслаждается своей непокорной омегой, подпускающей его только во время течки.

Для него человеческие души ничем не отличаются от камней.

«Точно можно отогнать мысли о выкупе — тогда бы нацелились либо сразу лишь на Мегуми, либо на всех троих, чтобы наверняка. Один из мужиков говорил о крови — вспомнилось Мегуми. Значит, дело имеется с вампирами. И лучше бы это были Зенин или Камо… Тогда можно будет ожидать поддержку от Годжо. Но если это тот, о ком Мегуми думает… Смерть дышит им в затылок»

Сукуна, рычит на всех цепным псом днем, а ночью с любовной улыбкой сцеловывает костяшки Мегуми. Сатору днем светит ярче солнца, а ночью, сжимает запястья Юджи до фиолетовых отметин. Сукуна, прямо посылает нахуй, а Сатору укрывает своим пальто и отдает свой зонтик.

У Мегуми нет родственной души, по крайней мере, он так думал, пока не увидел слово "Красивый", написанное на его запястье, где не было ни единой отметки последние шестнадцать лет. Знак появился сразу после встречи с Итадори, в этом Мегуми был уверен. Или: Мегуми ошибочно принимает Юджи за свою судьбу.

Фушигуро становится его наркотиком, без дозы которого Сукуна слетает в безумие, как неисправный грузовик в кювет – и до локального атомного взрыва под ребрами.