– Нельзя. – Киса пробует слово на языке, замирает, и пальцы на воротнике слабеют, у него ломается взгляд, он обдирает костяшки ударом по спинке качелей, тихо рычит и вырывается, вскакивает на песок, одёргивая куртку, и смотрит колючей смесью злости и недоверия. Хенку кажется, что на его глазах сгорела и стала антиматерией нестабильная звезда.

Спустя четыре года Хэнк возвращается в Крым, где судьба сталкивает его с бывшим другом. У Хэнка теперь лейтенантские погоны, ипотека и одиночество. У Кисы - ничего, кроме кучи проблем.

Когда Киса полез к нему в первый раз, Хэнк сначала даже не понял, что происходит.

Керосином несёт так, что выжигает напрочь слизистую. Кожа слезает, сворачивается мерзкой корочкой в раковине. Вода течёт мерно, ровно так. Плавно. Хенк также плавно раскалывается, осыпается на пол кусками конечностей в ванной.

казалось, что после раскрытия дуэльного клуба дела не могут пойти хуже, но вот весь город в курсе кровавого происшествия у бассейна, Мел лежит на больничной койке, Гена в бегах, Киса и Хенк почти бесповоротно потеряли друг друга, а Рауль начинает мстить за задетое эго.

Киса и Хэнк встречаются в Питере через несколько лет при довольно очевидных обстоятельствах

— Люблю тебя, мудак, - плечами пожимает, словно не в любви лучшему другу сейчас признался. - Двигай жопу, Хэнк, спать хочется, блять.

Хэнк не знает как дошло до того, что он стоит на коленях и выжидающе смотрит на Кису. Хотя нет он определённо знает, ведь Киса обдолбан не меньше.

Подкатывать к Кисе — себе дороже. В этом Хэнк убедился, и не раз. Однако он всё равно пытается. Не зря.

У Кисы длинные загребущие ручищи. С тонкими проворными пальцами, от которых Хенк с трудом может взгляд отвести. Едва ли у него получается не смотреть на преступно красивые костяшки, гладкую бледную кожу и очаровательную татуировку между большим и указательным пальцами. Все это слишком. Киса же этими самыми руками постоянно лезет под одежду к Хенку. И проблем бы у самого Хенка с этим не было, если бы они не были холодными. Обжигающе холодными.

Если честно, сильного желания творить хуйню у Хэнка не было. Он лучше бы сейчас продолжил на кухне пиво сосать под Генкины байки, нежели голову ломать, пытаясь придумать план мести. Но одна идея, вскочившая в замыленном алкоголем мозгу, все-таки вырвалась наружу, и парень недолго думая выпалил: — Что, если мы сделаем вид, что трахаемся?

после драки киса приходит извиняться. после каждой драки.

Ты совсем что ли башкой ударился? У тебя батя под следствием, мы все замазаны в этом дерьме по уши, и ты спиздил его ствол? Чтобы что, нахуй, я не понимаю?!..

Только сейчас Боря заметил, что у кареты скорой помощи они стояли не одни: в машине, укутавшись в плед, сидела, потряхиваясь, красивая девушка и держала Кислова за руку, пока тот мягко поглаживал её ладонь большим пальцем.

Киса больше не заезжает за ним с утра и не отвозит домой. Они не курят вместе, не ходят на пляж и вечеринки. Жизнь как будто останавливается, ничего не радует. Он пытается забыться в Рите, потом и в Маше, дальше не запоминает имён. Отвлечься помогают колёса и алкоголь. Он обещал маме, да, но Киса без этого больше не вывозит. Раньше его мог остановить Хэнк, но Хэнка с ним больше нет, он сам об этом позаботился.

От бубнежа Борю отвлек деликатный кашель. Он-то в комнату так и вошёл с закрытыми глазами, а открыть забыл. Открыл и ахуел от вида, перед ним открывшегося: Кислов сидел задом на подушке с растопыренными ногами и, блять, без одежды. Вообще.

Хэнк приезжает забрать Кису с вечеринки и находит - не в лучшем виде.

Если бы взрослая жизнь полностью состояла из этого, было бы куда проще. И если бы Хэнк смотрел на него, трезвого и спокойного, так же влюбленно, как когда Киса несет очередной несвязный бред под дурью.

— Дай тоже, — приказывает Киса. И Хенку бы нахер его послать с этим его командирским тоном, но слишком долго и хорошо он его знает. Киса капризничает и дурачится не потому, что настроение хорошее. А потому что хуевое и заботы хочется, а попросить о ней — ни за что. Он сдохнет скорее, чем попросит.

Хэнк настолько сильно волнуется перед первым свиданием с девочкой из параллели, что просит Кису научить его целоваться.