Кэйа старается наладить отношения, всё идёт прахом, но негласный символ Дилюка недаром Феникс.

Спасения, подвиги, монстры, вирусы и бесконечные смерти. Его жизнь снова норовила скатиться в привычную - беспросветную - колею. Без вариантов... Если бы только не Крис, который задолжал ему целый отпуск.

Думайте перед тем, как что-то сказать.

Самый обычный день в "Доле Ангелов". Или же наоборот?..

Кэйа был совершенно не готов к тому, что Полуночный герой будет спасать капитана кавалерии от хиличурлов, с которыми пришлось бы слишком сложно, будучи пьяным. А еще более не готов к тому, что Дилюк будет переживать о его состоянии и предложит хотя бы обработать раны.

Есть два пути избавить вас от страдания: быстрая смерть и продолжительная любовь ©Фридрих Ницше

Дверной замок медленно повернулся. Дилюк сам не понимал, что делает, руки деревенели и тряслись, передавая импульс по всему телу. - Не подходи… Я могу навредить тебе.

Альберих уже ничего не понимает, лишь сильнее хватаясь за чужое тепло, как за последнее живое в этом черством мире, и продолжая бесконечно извиняться сорванным от крика и отчаяния голосом. Разве они пришли к какому-то полезному исходу хотя бы для одной из сторон? Спокоен ли теперь Дилюк, выплеснув всю боль на и так разбитом человеке? Спокоен ли теперь Кэйа, вывалив всю правду на и так раздробленную душенку того, кого считал братом?

— И чай твой дерьмо, — буркнул Андерсон и нахмурился, не понимая, зачем вообще это сказал. Теперь Коннор показался не расстроенным, а едва сдерживающим гнев. Он отвел взгляд в пол, сжал кулаки, часто моргал, едва качал головой, не веря в то, что только что услышал. — Вылить его, лейтенант? — спросил он стальным голосом. Хэнк только недоумевая поднял бровь, как Коннор взял со стола картонный стаканчик остывшего чая и брызнул содержимое прямо ему в лицо.

- Кайл. - Чего тебе? – раздраженно спросил Брофловски, - я, между прочим, почти заснул. - Я тебя люблю.

«Я выебу тебя, используя твою кровь как смазку» Кайл тупо смотрит на сообщение несколько секунд.

С Кэйей происходит несчастный случай, однако, кажется, это не совсем так.

Кэйа, доведенный самим собой до состояния совершенной потерянности, ожидает от своего обреченного ночного путешествия чего угодно, но не огней знакомой винокурни. Пальцы Дилюка удивительно теплые.

Кэйя долгое время пытается помириться с Дилюком, но, после очередной ссоры, внезапно попадает в другой мир, абсолютно идентичный его реальности, за исключением одного — Каэнри'аха никогда не существовало. Теперь он самый обычный житель Тейвата, без Глаза Бога и страшного, полного загадок, прошлого. Однако, ему все еще предстоит сделать тяжелый выбор: вернуться в мир, где он предатель и шпион, или навсегда погрузиться в иллюзию, где Кэйя по-настоящему счастлив.

Кэйа облизнулся, хищно щурясь, а в его свободной руке вдруг возникла чаша — старый глиняный кубок, который в церкви использовался для причастия. В нем почему-то уже плескалось что-то, пахнущее спиртом и виноградом, и демон провел чужой безвольной рукой над чашей, роняя туда капли. Отпил тут же немного, а затем поднес кубок к губам Дилюка. Это выглядело… так интимно. Вино с его кровью.

Соулмейты. Альберих едва сдерживает смех, рвущийся наружу. Тот сейчас совсем неуместен и вызвал бы лишь очередную вспышку гнева. Они соулмейты. Соулмейт АУ, в которой негативные высказывания твоей родственной души оставляют на тебе шрамы.

Девять и один голубой подкат Картмана к Кайлу. Романтика, мать ее.

Кайлу сразу не понравилась эта идея. Он прямо так и чувствовал, что для него это ничем хорошим не обернется. Он вообще и не собирался играть в эту глупую игру, но не мог отказаться после слов Картмана: - Боишься, жиденок?

— Да? Ты время видел? Если это очередная миссия, неотложное дело или ещё какой-то бред в который меня вечно пытаются вписать, то я заведомо отказываюсь, меня просто не существует.