И неживое в глазах Ларри.

Синеволосый закашлялся, отгоняя назойливые мысли и выплёвывая изо рта кровь. Эти символы всё время делали больно, когда их хозяин медлил. А уж тем более, если он знал, на чьём теле выстраивались те же значения.

- Правда или действие, - ехидно поддакивает Нил, не оставляя шансов для отступления. Он хитро смотрит, наслаждаясь развернувшейся драмой. - Действие, - теперь то Джонсон не попадется. - Поцелуйся с кем-нибудь. - ТЫ ЕБАНУЛСЯ!?

Салли видит нечто необъяснимое.

Просто нежная зарисовка, чтобы залечить раны. Салли снится кошмар, его успокаивает Ларри, они вместе пьют чай, все очень хорошо.

С Салли всё в порядке."Да, определённо, всё будет в порядке", - повторял Фишер, в это же время сгорая от нестерпимого желания впиться в собственное лицо руками. Он старается держаться, однако от правды не скрыться под маской. Но не только она может заглянуть Салли в глаза: Ларри тоже не собирается оставлять парня в покое. Только не тогда, когда он нуждается в его защите.

Ларри, копаясь в шкафчике друга, обнаруживает выпускной альбом начальной школы, но ни на одной фотографии так и не находит привычных голубых хвостиков.

- Ну ты встанешь? – сквозь слезы спрашивает голубоглазый, пытаясь слезть с друга, на котором, кстати, очень удобно сидеть. - Все еще нет. Я тут вообще-то в заложниках. – Схватив за талию друга, Джонсон ухмыльнулся и сильнее прижал чужое тело к себе.

В жизни всегда есть место смелым поступкам, затишью и моментам, когда нужно наконец что-то сказать. Ларри сидел на диванчике, немного ссутулившись, и голова Сала лежала у него на бедре. Тот выглядел совершенно опустошенным. Последний урок в школе закончился с полчаса назад. Они вместе вернулись домой, и Ларри настоял на том, чтобы спуститься вниз и наконец расслабиться. Музыка, как обычно, была включена. /продолжение в комментарии переводчика/

— Чувак, мне кажется, что я проклят, — хмуро заметил Ларри, грубо накладывая мазки на холст. Он не был уверен, был ли Салли очередной деталью проклятия или ангелом, присланным за неизвестные пока заслуги, но у Фишера явно была главная роль во всем этом мракобесии. Осталось только выяснить, в чем она заключается.

Кто-то наблюдает за тобой, пока ты пытаешься отогреть продрогшие пальцы теплом чужого тела.

Соулмейт AU, в котором у соулмейтов с шестнадцатилетнего возраста несколько прядей окрашиваются в цвет волос твоего соулмейта. Ларри не верил во все эти радужные сказки об обещанных вторых половинках. Однако стоило ему проснуться в свой шестнадцатый день рождения, чтобы осознать, что прядь волос около лица имеет четко выраженный голубой окрас.

— Ты когда-нибудь думал о том, чтобы... поцеловать кого-то? — Поцеловать? — Ларри приподнял одну бровь, в задумчивости запуская руку в свои волосы. Он нахмурился, и на мгновение его взгляд расфокусировался. — Э-э, пару раз? Не то, чтобы в школе был кто-то, кого я хотел бы целовать. Ну, есть кое-кто, но... — Я имею в виду... — Сал съежился, подобрав под себя ноги. — Меня.

Сломанный протез — самое худшее, что могло произойти тем утром, не считая вопроса «ты можешь доверять мне хотя бы сейчас?»

Очень темно. Очень холодно. Очень страшно. — Мне страшно засыпать одному. Я могу остаться у тебя?

Быть влюбленным в своего лучшего друга оказалось не так легко и весело, а скрывать эту самую влюбленность — еще сложнее. О дружбе, переросшей в нечто большее.