Рацио ведёт носом по шее сзади, втягивает настоящий аромат тела без лишних парфюмов. От этого ведёт ещё сильнее. — Я только проснулся, док, имейте уважение не трахать меня около раковины, — сквозь тихий стон посмеивается Авантюрин, тщетно пытаясь вывернуться из крепкого захвата. Или хотя бы немного увернуться от упирающегося в бедро стояка.

Авантюрин предлагает весьма выгодную по меркам КММ сделку: они вместе идут этим вечером в бар, и он в конце концов оставляет Рацио в покое.

— Орёл, и ты трахаешь меня на этой кровати, как хочешь ты, — он противно подмигивает, будто бы перед ним мальчик по вызову, а не член гильдии эрудитов, — решка — я трахаю тебя на этой кровати как захочу.

Веритас Рацио оказывается слишком вкусным для Авантюрина.

Доктор Ратио не имел и малейшего понятия, когда беспечный и азартный Авантюрин загорится для него новыми красками – нежными и манящими. Вот и Авантюрин, изначально полюбивший профессора за строгость и излишнюю уверенность, теперь понял, почему тот закрывает лицо во время лекций гипсовой маской.

Рацио правильный до мозга костей. Авантюрин хочет привнести в его жизнь толику хаоса.

ни один выигрыш не был настолько сладким, как этот.

— Продано. — Что? — Эта улица теперь твоя, Веритас, — Авантюрин протянул карточку собственности между указательным и средним пальцем. Знакомый жест. — Знаешь, принцесса, я эту контору на карусели катал, — отчаянно бросил Бутхилл в потолок. Его железное тело было откинуто на спинку дивана, одна рука покоилась за спиной Аргенти, а вторая играла с металлической зажигалкой. — Мисс Джейд, здесь курить можно?

Наверное, не стоило сомневаться, что в этом путешествии сердце Авантюрина прикипит к кому-то совершенно необычному. Но то, что предметом воздыхания станет улыбчивый, но недоступный философ… кто бы мог подумать.

Авантюрин во второй форме - огромный. Невозможный. Тем сильнее Рацио его хочет. Тем большее он готов отдать.

признаваться авантюрину в чувствах – то же самое, что брать лезвие и вести по шее ровной, аккуратной линией. авантюрин же на самом деле такой пугливый – зайчонок, у которого не зажили лапы. зайчонок, который все равно убежит, если проявить к нему нежность. сломает кости, раздробит себе зубы, разорвет сухожилия. но убежит.

— И с чего же мне начать, Доктор? — в голосе Авантюрина звенела откровенная хитрость. Это не было просто любопытство ученика, а тщательно продуманный план. Рацио напрягся — знает ведь, чем это обычно кончается. Он ткнул ручкой в лист с заданием, не поднимая взгляда: — С оси. Сухо, коротко, без намёков. Но, как и всегда, Картёжник сумел вывернуть всё наизнанку. — Что, прямо сейчас? — в уголках губ заиграла ухмылка, и Рацио понял, что снова попался на его крючок.

Язык Доктора Рацио помогает ему не только говорить, но и доводить до безумия при желании, правда?