Дни проходили как обычно, спокойная ранняя осень, когда еще грело солнце, а дождей не было. Пока Хуа Чэн вдруг не сделал предложение Хэ Сюаню.

Необычный способ выплатить долг, необычные ощущения... Хэ Сюань бы с радостью променял всё это на пару мисок вкусной еды. Слишком ярко. Слишком маняще.

Хуа Чэн сам — сосредоточение элегантности и пафоса. Сидит на красной кушетке в строгих брюках, белой рубашке с закатанными до локтя рукавами и приталенном жилете — будто все еще в собственном офисе, а обнаженный Хэ Сюань с вибратором в заднице на его коленях — просто предмет интерьера.

Черновод всегда хочет есть. Неистребимый голод, преследующий его со времён его жалкой жизни, не оставляет его ни на миг. Когда они целуются, то голод становится сильнее.

«Интересно, смог бы ты заставить меня стонать как шлюху?» Или небольшая история о том, как Хуа Чэн доигрался и оказался снизу.

Хэ Сюань снова проиграл в карты, и на этот раз по прихоти Хуа Чэна ему предстоит прогуляться в женском образе по парку аттракционов. И оказаться вдвоем с Хуа Чэном на колесе обозрения.

Впервые в жизни от Собирателя цветов под кровавым дождём ускользнула удача...или нет?

Никто никогда не узнает, что всегда холодного, спокойного и рассудительного Владыку Чёрных Вод трясло от отвращения к себе. Никто кроме единственного человека, заявившегося в неподходящее время.

Хозяин комнаты уже знает, что скоро к нему наведаются. Он с нетерпением отсчитывал дни до этого момента, это происходит каждый раз. Нельзя сказать, что кто-то из них против их встреч. Хэ Сюань лишь получит нужный минус к долгу, а Хуа Чэн утолит свою скуку. Это правда было весело.

— Вы последняя надежда, господин Хуа!

Хуа Чэн решает поразвлечься с демонической формой Хэ Сюань.

За каждый долг нужно платить, как и сейчас черноводу.

Хуа приходит в чёрные воды.

Отворив двери в главные покои, Хуа Чэн негромко позвал: – Рыба? Ответом ему были лишь тишина и звук плещущихся где-то неподалёку волн. Минуту молчания спустя с кровати впереди раздался приглушённый шорох. – Рыба, если ты хочешь спрятаться или притвориться мёртвым, чтобы не расплачиваться по счетам, у тебя ничего не получится. Бесшумно подойдя ближе, Хуа Чэн растерянно нахмурился. Из-за тёмного полупрозрачного балдахина над кроватью на него уставились два светящихся золотым глаза.

Этот вечер с самого начала не мог закончиться ничем хорошим. Хэ Сюань пьет уже третий бокал пунша, наблюдая за тем, как Хуа Чэн грациозно кружит Се Ляня в медленном танце, сверкая своей обворожительной улыбкой. Они выглядят настолько приторно счастливыми, что Хэ Сюаню хочется то ли сходить выблевать все внутренности в унитаз, то ли упиться до полусмерти этим дерьмовым, слишком сладким пойлом, которое даже толком его не берет.

коротко о том, как хэ сюань оплачивал свой долг в размере пятнадцати тысяч.

Мы можем остановиться.

— Вот видишь, Мин-сюн, — сказала Ши Цинсюань, улыбаясь ему весело. — Я же говорила, что в другом облике все становится намного проще, чем в своем.

Хэ Сюань умел ждать. Это необходимое умение для его положения и свершения мести. Только было одно исключение. Это исключение сейчас прижимало его к кровати и требовало подчинения.

– Что тебе нужно? – Мы так редко видимся, а ты уже хочешь уйти?