— Гуки, исполни, пожалуйста, одну мою фантазию, — попросил вдруг Тэ. — Какую? — Открой верхний ящик тумбочки. Чонгук, готовый рваться в бой, неохотно отпустил руки хёна и сполз с кровати. В верхнем ящике тумбочки лежал колпак Санты красного цвета, именно такой надевали на него в клубе. — Серьёзно? Шапка Санты? Хочешь, чтобы я её надел? — Угу, всё это время представлял тебя в ней и это так заводило. — Голым? — А ты как думаешь? — хрипло проговорил Тэ, не сводя с Чона почти чёрных глаз.

Когда Джош вышвырнул Тэхёна из машины посреди дороги в тряпичных кедах и в симпатичном красном берете, он подумал, что этот вечер уже ничем не удивит. Но Чонгук, подобравший его с обочины с сосулькой вместо носа и онемевшими конечностями, оказался удивительнее удивительного. Он дал Тэхёну шерстяной плед с тонким отголоском запаха машинного масла, от которого на кончике носа осталась катышка, напоил горячим чаем и беззастенчиво попросил стать его временным парнем на это Рождество.

Я давно уехал из Аризоны, теперь я снова живу на своей родине, но сердце моё всё ещё остаётся там, в нашем придорожном кафе «Westmoon», где я встретил Его. Встретил, чтобы навсегда полюбить.

«Плохой ли, хорошей рождается птица, ей всё равно суждено летать». И Тэхён тоже мечтает парить на сцене Сеульского театра. В планах попасть в престижную балетную труппу, сбежать из оков матери и вдохнуть полной грудью. Что же может не задаться? Жизнь — череда событий. Никогда не угадаешь, где окажешься завтра. Но Тэхён должен понять одно: если суждено — то точно сбудется.

— О, Чонгук, а ты знал, что наш новенький фотограф, оказывается, пидор? Мне его бывший одноклассник поведал занимательную историю про эту маленькую блядь, — и столько яда в голосе, что Ли бы самому сдохнуть. — Надо же… — осталось пережить только последнюю фразу и можно думать, как доучиваться последний год. Кто рискнул бы такой хорошей репутацией, как у Чонгука? Никто, ответ очень прост. Никто никогда не рисковал. — Сколько дрочил Тэхёну за школой, а понятия не имел, что он фотограф. Что?

О смехотворных желаниях, умеющем составлять список гостей Юнги и неожиданных встречах.

Накренившись, аттракцион сильно дёрнулся, подкидывая Тэхёна в воздух. И как следствие, Чонгук уже руками ловил чужие взметнувшиеся в воздух ноги. Которые совсем неожиданно сменили траекторию полёта от приложенных усилий в его сторону. Тэхён просто развернулся гибким котом на сто восемьдесят градусов, рухнув на него всем телом, седлая. А ему ничего не оставалось, кроме как обнять чужую талию рукой и прижаться... Летнее AU с курортным романом, который оказался совсем не курортным.

— Я не хотел, чтобы ты меня ждал. Я не мог тебе пообещать, что вернусь, — обречённо произнёс Тэ. — А не надо было ничего обещать! Но ведь ты всё решил за меня!

— Дай мне шанс. Ещё один. Прошу тебя, Тэхён, — шепчет Чонгук куда-то в шею, опаляя своим горячим дыханием нежную кожу. — Пробовали уже. Из нас получилась хреновая команда. Ты ведь звезда нашего факультета. Куда мне, такой зубрилке, до тебя? Мы слишком разные, Чон. — Ты прекрасно знаешь, что это не так. — Знаю, но от этого мне не легче.

Ким поднял голову, взглянув туда, откуда доносился шум. Было раннее утро и почти все заведения были еще закрыты. Человек в черном, с лицом, закрытым наполовину маской, смотрел на него большими испуганными раскосыми глазами. - Помоги, - услышал он родную корейскую речь, перемешанную с английской, - мне нужно спрятаться. Прошу, помоги мне!

— Уходи, Чонгук, ты меня разбудил, — не так уж и уверенно звучит. — Я не уйду сейчас никуда. И в будущем в покое тебя не оставлю, ты же знаешь, я ебанутый, я никого к тебе не подпущу.

Чонгук мог с уверенностью назвать его своей семьёй. Тэхён для него не просто хён и друг детства — он намного ближе, роднее. Он стал неотъемлемой частью его жизни.

Тэхёну двадцать шесть. Он в том возрасте, когда вместо шумных тусовок хочется одного: залезть под любимое одеяло и банально выспаться, а перед этим — в идеале — сходить в душ и вкусно поужинать. А ещё лучше: утонуть в объятиях любимого человека, получить тёплый поцелуй в лоб и просто иметь возможность поговорить по душам.

Тэхёну нравится быть с ним. Чонгуку нравится спать с ним и ломать его принципы и нравы. Это всего лишь созависимость. И ничего более.

В один душный летний вечер из окон соседнего дома зазвучала песня. Кому-то она понравилась, кому-то не очень, кто-то взбесился, а кто-то подпел... На свою голову.

— От тебя воняет болью.

— Ну, сука, где ты?! — на эти слова Тэхён прижал мокрую тряпку к груди и выпрямился, округлив от испуга глаза. — Какого чёрта? Ты совсем охренел? Третий раз, сука! Третий! — голосил этот Чонгук. Из прорванной трубы под раковиной всё продолжала хлестать вода, а он и понятия не имел, что ему делать. В делах сантехники — Тэхён полный ноль. Он затопил квартиру этажом ниже.

Но пока у Тэхёна в груди как заведённое бьётся сердце, пока мыслей в голове целый ворох, пока адреналин в крови побуждает это сделать, он снова хватает свой телефон и бездумно пишет. Ким Тэхён, 01:36 «Поцелуй меня на Рождество».

— Задохнись.

— Послушай, Тэ, я наблюдал за вами двумя всё это время и… — продолжил Пак, стараясь подобрать слова. — Я думаю, Чонгук влюблен в тебя, — тихо говорит он, глядя Тэхёну в глаза.