После битвы, на месте некогда величественного здания лежит лишь мусор и куча тел. Золотая и красная кровь медленно стекают с тел тех, кому к сожалению или к счастью, если говорить о жителях рая, не удалось пережить этот бой. Осторожно обходя мёртвого дракона, Энджел оглядывается по сторонам, глазами разыскивая одного, особого грешника...

К характеру Хаска можно было привести много слов: сварливый, ленивый, скучный и тому подобные. Но его никак нельзя было назвать пугливым.

«Прошу останься со мной». О переживаниях и нежных чувствах.

Энджел скрывает от всех свою ломку. Хаск чувствует, что с Энджелом что-то не так, и приходит на помощь.

Потому что война не отпускает. Твоё тело может быть где угодно, но разум и душа будут там – среди заполненных кровью окопов, гор трупов и гула взрывов. Потому что война забирает что-то, что уже никогда не сможешь вернуть.

— Ты знал, что твои прекрасные ручки делают ну просто замечательные напитки? — Энджел, вытянувшись всем телом, подвинул стакан к бармену, желая добавки. — Вот не нужно комплиментами выпрашивать у меня очередное пойло. Придержи эти слова для какого-нибудь другого бармена, а я обойдусь.

— Я провёл некоторое время в размышлениях— — Невероятно. — Ой, заткнись, — Энджел беззлобно фыркнул. — Помимо гей-радара моя профессия привила мне в принципе ориентационный радар, который без труда распознал всех в Отеле с одним подавляющим исключением. — И кто посмел не стать жертвой твоих феерических навыков? — буркнул Хаск в сгиб локтя. Энджел проницательно прищурился. — Ты.

И неудивительно, ведь даже если Энджел имел большой опыт в сексе и во всем, что связано с ним, он никогда не чувствовал ласку от партнёров.. Даже простых поглаживаний по голове. Все, что он получал это унижение, жестокость и насилие. Но то, как Хаск трогал его..было ужасно приятным.

Хаск давно привык глушить проблемы алкоголем и советовал это налево и направо, умея грамотно вытягивать необходимую информацию. Но в присутствии Энджела ему и самому хотелось уничтожить содержимое бара, чтобы не чувствовать, как внутри что-то рвётся на волю.

Кто знал, что очередная обычная игра могла вызвать столько неловкости?

Тихая ночь окутавшая весь Ад, и лишь одна душа никак не могла успокоить свою истерику. К большому её сожелению, эту истерику застал её враг. Но кто бы мог подумать, что этот самый враг принесёт с собой и упокой.

- Ох, тебе не стоит переживать. Я определенно знаю как увести твоего отца с поля зрения. Дай мне только 15 минут и папаша будет сладко дремать у себя в комнатушке. Если бы только Аластор знал к каким последствиям приведет маленькая просьба Чарли, он бы никогда не отозвался. Он бы лучше позорно сбежал восвояси, чем разбирался со всем этим дерьмом прямо сейчас

"Его рука... она дрожит?" Эту дрожь в руке почти невозможно было уловить, но она была, а заглянув в глаза, можно было прочитать, что ему больно

Нянька это не работа, это состояние души!

— Ты никогда не встанешь на путь искупления? - Люцифер протягивал руку, на которой не было привычной черной перчатки. — На ваш светлый путь? Лучше сдохну еще раз и попаду в двойной ад, - сейчас Аластор врал самому себе, в очередной раз потакая внутренней гордости, но в глубине своей почти умершей души хотел вцепиться в руку ангела, и ни за что не отпускать.

Чарли никогда не сомневалась в том, что Аластор может совлечь с себя ветхого Адама. Люцифер начал думать так же после хорошей попытки демона окочуриться ради чужого несчастного отельчика, не стоящего даже Его драгоценного Королевского внимания. Может ли такая пропащая душонка, как Аластор, измениться? И почему сам Владыка Ада так за него трясётся?

Аластор раз за разом испытывал границы их тонкого противостояния, но сейчас, кажется, зашёл слишком далеко. Полные угрожающей тьмы глаза его Короля предупреждающе светятся в темноте, а душа трепещет... И всё-таки что-то здесь не совсем так.

Пять раз когда Люцифер упал и один раз когда его поймали.

Вверив Ад в руки королевы, король Ада не покидал своего замка слишком давно, чтобы грешники могли помнить о его правлении. И после ухода Лилит радио-демон не мог оставить столь интересную личность без своего вмешательства в его жизнь.

— Что ж, видимо Вам не повезло с тем, что я не уважаю границы тех, кто мне не нравится. — И тебе никто не нравится? — Совершенно точно. Люцифер зашелся смехом и покачал головой. Немного помолчал. — Давай потанцуем. — Что?