Император Годжо Сатору правил недолго, а остаток своих дней и вовсе провел в ссылке. По крайней мере, так написано в учебниках, так трубят памятники древней письменности. Но, как ни старайтесь, не отыщете вы ни строчки о том, как сильно и пылко любил его генерал Гето Сугуру, как готов был отдать за владыку свою жизнь и пролить за него чужую кровь. А хотите узнать, как всё было на самом деле?

выбор, влияющий на все.

Они влюбились в полицейской академии, но все изменилось, когда Сугуру Гето решил уйти. Они встретились снова в полицейском участке. И были по разным сторонам зеркала Гезелла.

Это история о бесконечной любви к жизни и человечности. О случайной встрече в таверне, изменившей судьбы одного нахального смертного и одного разочарованного бессмертного. А еще о том, что у Смерти тоже есть чувство юмора. Садитесь, я расскажу вам сказку для взрослых.

24 декабря 2005 года — Сатору Годжо счастлив. 24 декабря 2009 года — Сатору Годжо одинок. 24 декабря 2017 года — Сатору Годжо потерял себя. 24 декабря 2018 года — Сатору Годжо потерял всё. Но, кажется, впервые обрел надежду...

— В день когда я родился с этими самыми гляделками — Сатору наконец тянет свою извечную ухмылку и Гето зеркалит в ответ своей — шаманский мир содрогнулся и мрачно ахуел. — Звучит захватывающе — хмыкает Гето, наконец встаёт и начинает отряхивать свои эти дурацкие шаровары — Как начало диснеевского мультика. — Из диснеевского у меня только внешность. — Не льсти себе.

— Представляешь, он сказал, что губы мои — это лаванда, — приторно-мечтательное восхищение Гето сложно остудить даже скепсисом Нанами. — Какая нахрен, лаванда? — голосом Кенто можно колоть лед. — Сколько вам лет? Десять? Девять?

Гето хочет его укусить.

Последнее, что Годжо Сатору собирался делать, это искать в своем плотном графике время для визита к гадалке.

Они только вернулись с миссии: Сугуру сдерживает нервный вздох, пока колени Годжо протирают деревянный пол в коридоре общежития. Сугуру думает, что «детка» звучит не так уж и плохо, если речь идёт о Сатору.

каннабис, игги поп и произнесённое в беспамятстве «сугуру, я хочу залезть тебе под кожу».

Связь между ними, когда-то красной нитью прошившая грудь, окрепла стальным тросом. Надёжным, страховочным — такими связывают друг друга альпинисты, покоряя новые вершины. Чтобы если один пошатнётся — второй подхватил. Чтобы если один упадёт — второй за ним. Иногда Гето думает: «Если бы только он был чуть короче, этот трос». Если бы только притянул их чуть ближе, связал чуть крепче. [Сборник зарисовок о Гето и Годжо на тему «если бы»в хронологическом порядке развития катастрофы]

Пальцы Годжо ледяные, но Сугуру всё равно нежно любит каждый осколок льда, который в нём живёт. SoulmateAU!, в котором одному соулмейту всегда холодно, другому жарко и только рядом друг с другом их температура уравновешивается.

Гето любил такого Годжо раньше. Гето ненавидит такого Годжо теперь.

Его озябшие пальцы были созданы для того, чтобы так чувственно и нетерпеливо сжимать ткань рубашки своего (м)учителя на необъятной широте его плеч. Черт.

Возьми его за руку. Это мимолетная мысль, но этого достаточно, чтобы у Сугуру закружилась голова от нервного предвкушения. Вдалеке ритмично стучат барабаны тайко в такт его бьющемуся сердцу. Сугуру трижды не решается взять Сатору за руку, и он один раз, когда осмеливается. Или же альтернативная история Гето и Годжо через призму смены сезонов времени года.

— Ты слишком слаб, — упрекает он самого сильного шамана на свете. — Даже не сопротивляешься, детка.

Краткая история о том, как Гето Сугуру слегка облажался. – Ты правда любишь меня? – Я… – начинает Сугуру, но поджимает губы и тяжело вздыхает, замолкнув на полуслове. Только спустя пару секунд, очевидно, ушедших на принятие поражения, он добавляет: – Да, к сожалению. – Я делаю тебе минет, – с откровенной угрозой напоминает Сатору.

— Просто скажи, если тебе плохо. И если думаешь, что сходишь с ума – тоже скажи, — Гето говорит в стену, заставляя Сатору напрячься всем телом. — Знаешь, я ведь тоже смотрю только на тебя.

Сатору, похоже, сильно приложился головой при падении, потому что он как-то упускает момент, когда переводит взгляд от расчерченного огненными цветами неба на лицо Гето. Он видит блестящие зрачки, в которых отражаются сотни, тысячи красочных всполохов ночного неба. В черных волосах снежинки выглядят совсем как звезды, и Годжо даже хочет неловко пошутить про то, что Сугуру весь из себя такой таинственный как ночное небо, но вдруг понимает, что не может выговорить ни слова.