Гоголь, Достоевский и разбитая кружка

Достоевский никак не реагирует и кулаком бьёт по лицу. Этот удар заглушил все остальные звуки в помещении, смех прекратился, а глаза Гоголя посмотрели в лицо обидчика. На лице даже после такого сохранилась улыбка. — что же дальше? — комментирует клоун и поворачивает голову в прежнее положение. Фёдор замечает, как по подбородку фарфоровой кожи стекает капля крови, а её исток - губа.

— Федь, представляешь, сегодня такое случилось! — громко произносит блондин, пытаясь обратить на себя внимание сидящего в кресле брюнета. — Я по дороге домой котёнка нашёл. В ответ молчание. — Федь, ты слушаешь?.. — улыбка меняется на печальное ожидание в глазах, внимающих на даже не смотрящего в сторону Николая темноволосого. — Я просто устал, — безразлично отрезает брюнет, даже не поднимая взгляда, и продолжает читать. — Почему-то в последнее время так всегда.

Пришедший с подработки Гоголь однажды обнаруживает сидящего на диване Достоевского, что спокойно читал себе книгу. Однако вид у него был немного приболевший...

Голоса... Шёпот...Голоса... Голоса... Голоса... Шёпот... Шёпот... Скрежет, словно по ржавому железу трут металлической губкой. - Помогите мне!!!

Просыпался утром Фёдор оттого, что один очень наглый блондин перешёл все мыслимые (да и немыслимые тоже) границы...

Сигма вернулся усталый после пар, и хотел уснуть, но соседи решили ему помешать. Или это он помешал им?

Обычный день, но все ли так прекрасно?

...

Он был одновременно такой близкий, но такой далёкий человек. Он тот, кто сделал его жизнь гораздо лучше. Гоголь был им одержим, хоть и жаждал свободы. Печально однако, но с одной стороны в эти моменты возникала мысль: « — А ты разве против такой одержимости?»

„Гоголь одинок. Одинок в своих суждениях, мыслях, взглядах. Ему до безумия хочется быть любимым кем-то.“

Зимняя ночь покрывает город своим холодом. Становится одиноко и хорошо, ведь сидеть в одиночку на кухне и пить чай было просто в местах Достоевского. Но однажды такой ночью его потревожит стук в дверь. Неужели искушение на одну такую череду суток станет выше его моральных принципов?

Очередной цикл течки, резко изменившийся из-за обладателя запаха кофе с имбирем

Сейчас я стою напротив зеркала и понимаю что раньше не замечал одну деталь... У него были большие и красивые бёдра...

Гоголь — шумный. Достоевский — тихий.

объятия с ним больше не являются ничем иным, кроме как воспоминаниями николая, намертво застывшими в его памяти.

Короткая зарисовка по нежным объятьям, в старом вечернем общежитье.

Все началось с того, что он просто сел с ним за парту.

Никто не знает что происходит за старымим матами и досками

Вы однажды чувствовали себя так одиноко? Но после появления партнёра все изменилось?