Такого в жизни Годжо никогда не было — чтобы увлекаться рандомным чуваком в анонимном чате, который в тот же вечер сменили на более прогрессивный: с возможностью друг друга слышать и видеть.

Годжо Сатору не гей. Он не гей. Ему нравятся сиськи, задницы, чертовски длинные ноги и длинные волосы, красивые лица. Дамы с формами. Ему никогда не нравились мужчины, и он бы точно знал, он всю жизнь занимался каким-то видом спорта — от рестлинга до баскетбола, а теперь он в чертовом студенческом братстве. Если бы он был ебаным геем, он бы уже знал. Но никто в мире не сосет его член лучше, чем Гето Сугуру, и Сатору считает это чудовищно несправедливым.

После расставания Годжо и Гето играют в правду или действие. /// – Когда вы расстались? Годжо достает телефон и открывает календарь. – Примерно год назад. Если быть точным, одиннадцать месяцев и двадцать дней. – Ты считаешь?

Гето Сугуру много чего не понимает, но старается. Хотя иногда эта схема дает сбой и приходится пожинать плоды ломающей его систему неизвестной, которую игнорировать не получается.

Итадори Юдзи принимает предложение брата поработать официантом в ночном клубе, что становится переломным моментом в его жизни. Соглашаясь, он и подумать не мог, какая история может стоять за каждым из коллег, и как сильно его появление отразится на них.

Мегуми давно понял, что мир — это место страданий. Он разбивает, ломает и забирает, забирает, забирает. Но, возможно, даже сломанные души смогут обрести покой в объятиях любимого. Или история о том, как Мегуми попадает в параллельную вселенную, где Гето Сугуру и Годжо Сатору — его родители.

Первый поцелуй вышел коротким, будто проба, ярким, словно вспышка, и отчаянным, как в последний раз. Сугуру рассчитывал, что после поцелуя Сатору передумает, ведь неловкости это то, чего они оба боялись. А поцелуй - еще более тревожная совместная неловкость. Что уж говорить о том, что их ждало дальше.

— Двигаться дальше? — повторяет Сатору. — Ты что, в кого-то влюблен? *** У Сатору нет пары на День святого Валентина, но хуже всего, что она есть у Сугуру. Сатору начинает казаться, что он — самый неординарный человек, когда речь заходит о Дне всех влюбленных.

История о том, как можно попытаться эфемерно описать цепочку химических реакций в чьей-то голове.

Бывают такие дни, в которые всё, что может и не может идти наперекосяк, идёт наперекосяк. Или о том, как череда странных совпадений связала два таких дня в один.

— Так тебя научить целоваться, Сатору? — произносит чужое имя на выдохе. Годжо краснеет ещё больше, хотя кажется, куда ещё, и отпихивает смеющегося Гето со своего пути. — Придурок, — уже больше автоматически выдаёт он, выходя за дверь. Ещё есть шанс успеть хотя бы на часть занятия, а Сугуру пусть тут остаётся. Хоть целуется сам с собой, хоть дрочит, хоть… Да хоть что.

Последнее, что Годжо Сатору собирался делать, это искать в своем плотном графике время для визита к гадалке.

Очевидным признаком перемен были участившиеся, почти каждодневные, его выходки. Обычно Гето флиртовал с ним, когда Утахиме доставала их и подначивала Секо, нашептывая той гадости на ухо. Для него было привычным схватить Годжо за руку, когда к ним подходила компания девушек с целью знакомства. Сатору знал, почти ощущал: это шутка. Это никогда не переходило границы. Или ему было удобнее именно так воспринимать происходящее, чтобы справиться со своими чувствами?

— Как долго я... — Девятнадцать дней. Сатору откладывает пресс-папье и с отвращением смотрит на свои теперь уже серые кончики пальцев. — Пыль собирается настолько быстро? Сугуру бросает взгляд на улицу, любуясь полуденным солнцем. Голова болит, швы тянут кожу. Он чувствует, как проворачивается нож в том месте, где находится сердце. — Ага.

Новая жизнь Годжо Сатору должна была начаться два года назад, когда его перевели в Городской университет Нью-Йорка. Но начинается она, когда на письменном столе своей комнаты в общежитии Сатору находит посадочные талоны его нового соседа. «Токио-Нью-Йорк. Гето Сугуру»

Последнее, чего ждал Сугуру, когда отправлялся собирать конфеты с дочками — оказаться на пороге своего бывшего. У которого, к тому же, двое детей.

Сатору и Сугуру обустраивают квартиру.

Завтра всегда кажется Сугуру наилучшим днем для разговора с Сатору. И как же сложно сделать так, чтобы оно превратилось в «сегодня».

24 декабря 2005 года — Сатору Годжо счастлив. 24 декабря 2009 года — Сатору Годжо одинок. 24 декабря 2017 года — Сатору Годжо потерял себя. 24 декабря 2018 года — Сатору Годжо потерял всё. Но, кажется, впервые обрел надежду...

Нанами знал, как справиться с любой ситуацией, когда дело касалось его детей... Кроме той, когда у его младшего, Юджи, появились чувства к кому-то, ему неизвестному, и Нанами сделал своей жизненной миссией выяснить, к кому именно.