очередная ночь из совместного проживания Накахары и Достоевского. куда уж там без страсти

С каждым таким вечером Достоевский чувствует себя все дальше от бога. Однако это не значит что он позволит себе прекратить. Картина извивающегося Чуи, которого трахают умелые пальцы, слишком привлекательна.

В ожидании новой главы додумываю события, исходя из содержания 105.5. Я не хочу, чтоб такой гениальный план переиграл какой то хуесос в бинтах, поэтому какая бы ни была развязка - это будет альтернативное продолжение, где Осаму пососёт.

Представляя то, как пройдут следующие несколько дней, губы Чуи расплываются в лучезарной улыбке. Он уже знает, что это будет прекрасно и незабываемо, ведь возлюбленные проведут его вместе, спрятавшись ото всех в своей укромной и уютной квартире.

Просто красивая хрень

Чуя привык помогать другим в ущерб себе, но совершенно не привык эту самую помощь получать, в особенности от тех, кто почти нагло нарушил его спокойный (хотя скорее нудный) вечер. Но когда дело касается вырезания бумажных снежинок и исполнения желаний, Чуя готов пересмотреть свои принципы.

Единственный омега в Портовой Мафии. В организации его уважают, но отнюдь не за то, что он "особенный". И такой алмаз пропадает в руках талантливого искусителя - Дазая. Омега за ним чуть ли не хвостиком бегает, не замечая, как им нагло пользуются. Это видит даже появившаяся крыса, чей нюх так же не упустил омегу из вида. В какой-то момент беготня кончается - сыр стащили с мышеловки и Накахара оказывается в золотой клетке.

Достоевский намеревается заполучить Чую как одного из самых сильнейших людей со сверхспособностями в мире. Однако он решил сделать это на равных условиях, только если рыжий мафиози сам этого захочет.

Расставаясь с Дазаем, Чуя поспорил, что найдёт новые отношения раньше этого засранца. Вероятно, он погорячился, однако плата за случайно брошенные слова могла оказаться слишком непростой.

Обыкновенная командировка оборачивается не такой уж и обыкновенной, когда в клубе Чуя пересекается взглядами с русским парнем, который хранит больше секретов, чем можно представить.

Чуя курит сигареты с ментолом, а Фёдор пьёт виски с колой и оба хотят почувствовать вкус чужих губ на своих...

- Ты вроде назвал меня Чуей? - Да, твое имя Чуя Накахара. Меня зовут Федор Достоевский. Мы оба являемся членами организации Крысы Мертвого Дома.

Море и горечь

— Не уж то ты положил глаз на моего Чиби? — выделяя «моего», проговорил, сложив руки у груди, бывший мафиози. — А что если да, что ты сделаешь?

Что-то по Достохарам

На одной из улочек, Фёдор натыкается на рыжего паренька, раздающего листовки. Достоевский сравнивает его с ангелом, только вот его спустя какое-то время его ангелок пропадает.

Просто о том, к кому уходит жаловаться на Дазая при случае Чуя, когда ему ну очень хреново и ему хочется метать рвать и бесится.

Они любили. Но судьба оказалась более жестокой, нежели их чувства...

Достоевский подошёл к Чуе,и прижал его,тот в свою очередь покраснел и закрыл лицо руками,но вот ненадолго,Фёдор убрал руки с лица,и поцеловал его. - А это твоя маленькая награда Накахара Чуя.

Федор касается его, будто играет виолончельную сюиту перед толпой, ловко перебирая пальцами "струны" его тела и опаляя дыханием изгиб шеи. Его стоны похожи на ноты на листе, становясь все более безудержными и безумными. Федор безжалостный музыкант, и Чуя чувствует себя таким беспомощным под ним.