Вначале Гарри кажется, что у него от жары случился удар. И улыбка тает на губах сама собой по мере того, что он понимает, что это не галлюцинация и не бред: самый настоящий Драко Малфой лежит в его кабинете совершенно голый, растянутый лицом вниз вдоль стола у стены, поверх старых бумаг, обездвиженный каким-то заклинанием.

Жизнь иногда бывает ужасно несправедлива. Непростительное, брошенное напоследок Фенриром, прошло по касательной. Не то чтобы Драко сильно хотел заслонять собой Гойла, но… Так получилось. Наверное, комплекс героя заразен и подхватывается как вирус вместе с любовью. Грег тогда поднялся с земли, недоуменно оглядываясь, а Малфой больше не смог встать никогда.

Гарри наклонился вперед — отросшие волосы мазнули по щеке — и оглядел себя с тяжким вздохом: сине-зеленая клетка, веселые складочки, а еще ниже — белые носки и грубые мужские ботинки с металлическими носками, которые некрасиво подчеркивали его волосатые крепкие икры, торчащие из-под чертовой юбки.

— Кто я? Мой голос такой хриплый, что разносится по палате надсадным жалобным лаем. Рыжая у стены вздрагивает и чуть не роняет какие-то металлические штуки из рук. Стукаясь друг о друга, они дребезжат глухо и мерзко. Медленно обернувшиcь, она растерянно смотрит мне прямо в глаза: — Ты… не помнишь? (POV Драко)

- Не смей, слышишь?! Не смей меня жалеть! - выдохнул он. Понимание того, что теперь Драко будет относиться к нему как к ущербному, снова вызвало шквал ярости. Он заново впечатал Драко в стену так, что тот прилично ударился затылком, и заорал прямо ему в лицо, - Я нормальный! Я тебе запрещаю! Не смей! Слышишь, Малфой?! Не смей меня жалеть! Только не ты!.. Обложка https://i.postimg.cc/PrjSthjs/image.jpg

В конце концов Гарри слабо кивает и подаётся вперёд. Его ресницы чуть подрагивают, а на своих губах Драко с лёгким удивлением ощущает неожиданное тепло. Мягкое и нежное, практически невесомое, оно разлетается по телу приятными сладкими импульсами. Их первый поцелуй.

В тишине магазина оба заливисто рассмеялись. А дальше голоса зазвучали так, как они привыкли - губы в губы. Так, чтобы слышал только брат. – Нам нужно… – …срочно связаться с Гарри. – Он будет в восторге… – …и будет нам должен… – …до конца своих дней.

Отец бы не одобрил (да никто, в общем-то, не одобрил бы).

Если Клаус сейчас не заткнётся, то он его ударит.

Шестнадцатилетние мальчики не должны целоваться так охрененно, не должны выглядеть так адски горячо, и им не должно быть так на всё похуй, даже если их ментальный возраст пятьдесят восемь лет.

— Тащите ручку и бумагу, мне надо составить завещание, пока я ещё в состоянии!

Клаус потерял связь с жизнью, после того, как оказался на улице, а Диего медленно теряет связь с самим собой, в попытках вернуть братишку назад.