Обрывки воспоминаний маленького Юн Чжона.

Его дети дарят ему цветы.

AU, в котором Чхон Мён и Тан Бо не умерли во время войны, содрагая весь мир прожили всем на зло ещё сто лет и помирать вовсе не собираются.

Парное совершенствование стало популярным в Муриме, и теперь буквально все одержимы идеей подыскать Чхон Мёну подходящую пару для брака. Разумеется, Тан Бо не упустит возможности позлорадствовать над ним.

Чхон Мён смотрит на поле боя, на детей, которых ему удалось защитить и уберечь, и чувствует, как на него давит тяжесть его судьбы. "Всё кончено", думает он. (Горящая свеча мерцает последними угольками. И мир страдает от последствий.)

- Это твоя вина! Он погиб по твоей вине! - Да. Всё происходящее было виной Чхон Мёна; все страдания нынешнего поколения были виной Святого Меча; все смерти были на руках Божественного Дракона. Мой сахён, прости. Я опять не справился.

Их младший, Чхон Мён, имел много странных привычек, объяснение которым они не могли найти. Он был странным, и они это принимали. Но были детали в его образе, которые очень пугали, стоит заметить раз, и они не выйдут из головы. - Чхон Мён-а, так одежду запахивают лишь мертвецам, - сказал Юн Чжон, затягивая пояс формы. - Ты же не один из них... Пусть он и говорил правильные вещи, но в его голосе не было уверенности.

Цветы сливы опадают, как настоящие лепестки, касаясь побелевших волос, проскальзывая по чёрной одежде, тая в крови там, где должно быть сердце. Но там дыра. В груди Чхон Мёна дыра, и Пэк Чон только сейчас осознаёт, на что смотрит.

Однажды кто-то вешает на их двери талисман, когда Пяти Мечей не было в секте. В частности, талисман не впускал и не выпускал людей старше восьмидесяти лет, и это с учётом того что их старшему, лидеру секты, всего шестьдесят девять лет.

Чхон Мён умирает. А затем снова. И снова, и снова, и снова...

Где Пэк Чхон не успевает блокировать удар. За это страдает Чхон Мён.

Чхон Мён нашёл свой путь обратно в свою первую жизнь

Чхон Мун думал, что нашел идеальный способ утихомирить самого непокорного ученика секты Хуашань. Он просто должен был дать ему в руки ребёнка. Затем, как зачарованный, Чхон Мён осторожно держал младенца, воркуя, когда услышал тихие стоны, срывающиеся с её губ. Вероятно, люди так же реагировали на щенков, тронутые просто их существованием.

Он получает тело с историей насилия.

Чхон Мён теряет руку (снова), скучает по своей семье и учится жить.

С тех пор ученики Хуашань были объединены общими страданиями. Единственным источником утешения для них было то, что, через что бы Чхон Мён ни прошёл, он хотя бы делал то же самое со всеми остальными. По крайней мере, до появления "хёна" Чхон Мёна.

— А вы что, думали я буду с вами всегда? — это жестокие слова, сказанные нежным тоном и с добрым взглядом; так, как мог только Чхон Мён, когда они держались за него изо всех сил.

Чхон Мён ведет себя странно на протяжении всей жизни. Другие люди замечают это.

Чхон Мён стоит перед дверью в дом, который был снесен, когда он в последний раз проверял; его дом.

Все узнают, что, на самом деле, Чхон Мёну сейчас всего семнадцать лет.